л — 327 — — Да ж съ сѣнокосомъ все тоже: ты скосилъ траву, убирай сѣно: а й у тебя отбилъ, не далъ скосить—ну и сѣно мое... Возвращусь къ бесѣдѣ моей съ Федоромъ Васильеви^емъ. ■— А ты помнишь прежнихъ господъ? спросилъ я его. — Еожина не помню, а Арсепьева тутъ знаютъ. Вашъ дядюшка умеръскоро за французомъ *), а до него былъ Арсеньевъ у насъ. — Чтожъ про него говорятъ? — Баринъ былъ хорошій, порядки любилъ. — Хорошо жили? — Жили хорошо! вотъ хоть нашъ дворъ или взять еще Корявыхъ... хорошо жили... — Чѣмъ-же? — Богато жили! сколько земли пахали, сколько лошадейдержали; ѣдутЪу бывало, батраки Еоряваго, что твой барскій обозъ; да и лошади жъ были!.. —■ Старики пахали тоже отбойную землю? — Нѣтъ, мужикамъ какъ можно отбивать!.. Это совсѣмъ не мужицкое дѣло, гдѣ мужику отбивать: мужику не справиться съ бариномъ. А у мужика и земли нѣтъ и отбивать стало нечего. — Какую же землю старики пахали, когда, какъ ты говоришь, что и немногу старики пахали? — А то же у господина брали. — Еакъ, отбойную? — Нѣтъ, отбойную какъ возьмешь, какъ съ ней ты справишься! Отбойную для барина; а мужикъ нанималъ барскую крѣпостную. — Откуда жъ бралась крѣпоетная земля, когда всякъ, кто могъ, отбивалъ себѣ земли? — У сильнаго барина не отбить земли! барщина большая; вотъ такой 10 баринъ захватить земли, продержитъ ее столько лѣтъ, та земля тому барину и крѣпостная; ту землю мужики и нанимали. — И по многимъ мѣстамъ землю отбивали? — Да здѣсь вездѣ: куда хочешь рукой махни: къ Ливнамъ, Новосилю, къ Курску все едино, все одинъ порядокъ былъ... Да и цѣна за землю была не то, что теперь,—христіанская. — Почемъ же? — Почемъ доподлинно ходила въ наемъ десятина, этого я сказать тебѣ не могу, а только за самую пустую цѣну. Ты самъ знаешь, что подъ озимую, десяти лѣтъ нѣтъ, десятина ходила шесть цѣдковыіъ, а теперь подъ десять подходитъ; ну а при нашихъ старикахъ и той цѣны нослыхано; дееятина-то говорятъ ходила полтина на ассигнаціи, а то и того дешевле. — А съ сѣнокосомъ какъ же? *) Вскорѣ посіѣ 1812 года. Авт.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4