— 312 — первый ииператоръ, до всего доходилъ, а до одного не дошелъ: лаптя сплесть не умѣлъ, что у насъ каждый мужикъ, мальчишка—сдѣлаетъ! — До чего же Петръ царь доходилъ? —До всего доходилъ. — До чего же? — Планиду зналъ! — Еакую планиду? — Видишь ты: я тебѣ говорилъ, что онъ страшный воитель былъ... Наш:елъ на Петра царя Мазепа, Литва съ сильною войною... — Мазепа—кто такой? — А Мазепа съ той стороны, съ литовской... Сошлись Царь Петръ съ Мазепой подъ Плотавой... — Плотава—городъ какой? — Не знаю, Плотава, да и Плотава. У Інтвы—Мазепа, а у царя Петра былъ дѣдушка Суворовъ... Только въ старыя времена война не такая была, воевали не по нонѣшнему; какъ сойдутся, окопаются окопомъ, да и воіоютъ кряжами... — Какъ кряжами? — Привяжутъ кряжъ, пень какой, привяжутъ на веревку, и повѣсятъ на окопъ; какъ кто полѣзетъ на окопъ, веревку подрѣжутъ, кряжемъ того ж убьетъ. — И царь Петръ такъ воевалъ? — Тоже такъ воевалъ... Вотъ сошлись двѣ рати, окопами окопались, стоятъ. Только Петръ царь и говоритъ дѣдушкѣ Суворову: «Пойду, дѣдушка Суворовъ. я надитовскій окопъ!»—Не пуга;у! говоритъ дѣдушка Суворовъ.— «Пусти», опять говоритъ царь Петръ.—Не пущу, опять-таки ему дѣдушка Суворовъ. — «Тебѣ гѳворятъ: пусти!..» —Не пущу! — «Посмотри, говоритъ царь, посмотри на небо.»—Ничего на небѣ нѣтъ!—«Стань же ты мнѣ, дѣдушка Суворовъ, на правую ножку!» — Сталъ дѣдушка на правую царю ножку.—«Глянь, говоритъ царь, глянь на небо!»—Глянулъ тотъ на небо и видитъ: сила небесная надъ царемъ> сила несмѣтная! Ангелы небесные... крылья у нихъ, аки колесница (?)!.. П никто иіъ не видалъ, только про нихъ въ апокалипсисѣ сказано; только одинь царь Петръ ихъ и зрѣлъ: планиду зналъ.. Какъ увидалъ ідѣдушка Суворовъ ту силу небесную, — «ну, говоритъ, теперь пущу: иди'»—Ну. и одолѣлъ царь Петръ Литву тое. Орелъ, 20 апрѣля. На пристани я нашелъ стараго бурлака, который уже нѣоколько лѣтъ не ходитъ на баркахъ; а съ моіоду онъ хаживалъ и до Нижняго. Сталъ я у него разспрашивать про Петра перваго.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4