— 257 — вать, пустилъ. На дорогѣ напалъ онъ на незнакомыіъ и тѣ повели его домой, а, увидавъ меня, сдали мнѣ наруки. Поутру я пошедъ къ отцу Александру; онъ мнѣ разсказывалъ, что полувѣрцы иногда постовъ не соблюдаютъ, но что во всемъ прочемъ они очень религіозны. Такъ напримѣръ: въ церковь ходятъ часто; выстроены въ Изборскѣ три богадѣльни и каждая изъ нихъ стоить отъ 50 до 60 руб. сер; содержатся онѣ также па счетъ прихожанъ. Въ праздникъ приносятъ священнику 1 иди 2 кокоры ""), а въ каждую богадѣльню по 10. Въ платѣ священникамъ очень честны; такъ напр., въ праздники кропятъ скотъ святой водой; пю обычаю должны платить по три копѣйки съ каждой штуки, и всегда исправно пдатятъ, никогда не обсчитываютъ въ числѣ штукъ. Еще показалось мнѣ замѣчательнымъ: Изборскъ отъ Задѣсья 12 — 14 верстъ; а въ Изборскѣ, по-крайней-мѣрѣ въ приходѣ отца Александра, на сто рожденій—одинъ незаконный. Пошли мы, послѣ чаю, гулять на Шумильну гору, изъ которой, на еамомъ близкомъ разстояніи одинъ отъ другаго, бьютъ 11 ключей, и у самой горы стоить мельница. — Мельнику обѣщано: будешь вѣрпо молоть—вода будетъ; обмѣривать станешь—воды не станетъ, сказалъ мнѣ мужикъ, пріѣхавшій на мельницу. Сталъ обмѣривать, —воды стало меньше. Воды дѣйствительно стало меньше; нѣкоторые ключи пошли другими руслами, мимо пруда. Потомъ отецъ Александръ цоказалъ мѣсто, гдѣ, по народному преданію, находится могила царя Трувора, и разсказалъ, что богомольцы, идущіе въ Печоры, заходятъ въ Изборскій соборъ къ здѣшней иконѣ Корсунской Богородицы; больные изъ нихъ берутъ камень, накдадываютъ на больное мѣсто ж всходятъ на гору противъ Сѣверной башни. Псковъ, 22-го августа. Дорога ИЗЪ Печоръ до Пзборска безлюдна, да не больше народу и на до рогѣ между Изборскомъ и Псковомъ. Въ сторонѣ отъ большой дороги есть деревни, какъ я уже говорилъ; но въ этихъ деревняхъ тоже мало жизни. Я но дорогѣ услыхалъ первую пѣсню, пѣсню русскую, только за 12 верстъ отъ Пскова, потому-что, думаю, нельзя называть пѣснью <и-го-го\ и-го-гоІ>, что неразъ кричали полувѣрцы, парни и дѣвки, ѣхавшіе въ ночное. Я ходилъ и по большой дорогѣ и по проселкамъ—вездѣ одно! Повернулъ къ Талабскому озеру—то же безлюдье. Проходивъ безъ толку нѣсколько дней въ этихъ мѣстахъ, я пришелъ въ Устье къ знакомому уже мнѣ священнику, *) Кокора—круглый фувта въ 3- 4 хлѣбъ изъ лучшей домашней муки. Лет. 17
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4