— XXV — и въ «Современннкѣ» (въ послѣдніе годы его существованія) разбросано много другихъ статей, не попавшихъ въ два первые сборника. Во всѣхъ этвхъ статьяхъ, по обычншмъ пріемамъ нашего пѣсенника-схранника, въ изобиліи находятся автобіографическя данныя и сквозятъ симпатичная черты его пріемовъ и лачнаго характера. При одномъ изданіи приложенъ даже его портретъ, очень схожій ^и удачно выполненный на деревѣ *). Написалъ собственно Якушкинъ немного, хотя и сдѣлалъ несравненно больше того, о чемъ успѣлъ и съумѣлъ разсказать, судяпотѣмъ свѣдѣніямъ и знаніямъ, въ какихъ намъ сотни разъ приходилось убѣждаться лично. Онъ положительно бнлъ одинъ изъ серьезныхъ знатоковъ народныхъ обычаевъ, быта и въ особенности характера. Пресдѣдуя главную цѣль собиранія пѣсенъ, онъ изучидъ этотъвопросъ до тонкости н въ погонѣ за любимымъ дѣломъ, мимоходомъ слѣдя за остальными народными чертами, усвоилъ ихъ въ такомъ множествѣ, что возбуждалъ уваженіе. Можетъ быть эта отрывочность свѣдѣній и мѣшала ему остановиться на цѣльннхъ трактатахъ и специально ихъ разработывать* Вѣроятно оттого и литературныйработыего представляютъ коротенькія замѣтки, всегда сгруппврованныя около его личныхъ похожденій по вызову той или другой задачи. Въ первыхъ статьяхъ эти мимолетныя замѣтки, (всегда, впрочемъ, очень вѣскія и свѣжія), сопровождаютъ его разсказъ о похожденіяхъ за пѣснями; въ послѣдующихъ (разсказахъ о Новгородской и Псковской губерніяхъ), тѣ же замѣтки группируются около похожденій его по задачѣ М. П. Погодина, за старинойдвухъ вѣчевыхъ древнихъ русскихъ городовъ. По зависимостиотъ случайности этихъ задачъ, Якушкинъ былъ наемнымъ исполнителемъчужихъ и заказныхъ работъ. Не на своей водѣ и сдержанный въ тѣсныхъ рамкахъ заказа, онъ бнлъ и искусснымъ и честнымъ исполнителемъихъ: отсюда масса сыраго, ученаго матеріала и, затѣмъ, отрывки, клочки чисто дитературныхъработъ. Но и въ нихъ читатели успѣли спознать несомнѣнно тадантдиваго народнаго писателя и оцѣнить Живаго и правдиво искренняго разсказчика. Не забудемъпри этомъ, что на долю этого передоваго, протаптывавшаго первыя тропы, выпала большая борьба съ препятствіями, не мало потрачено времени на возню со становыми и сотскими. Слабѣла энергія, охадаживались добрые порывы (и это на лучшій конецъ), круто обрывалась натоптанная тропа на крутой скалѣ: дальше идти нельзя, надо бросать дѣло и возвращаться назадъ подъ надежную стрѣху домашняго крова или цивилизованнаго обш,ества и благоустроенныхъ городовъ. Такихъ рѣши. тельныхъ обрывовъ на скользкомъ пути нашего странника попалось за- *) Настоящій, прилагаемый портретъ доставденъ намъ сосѣдоиъ и пріятелемъ нашего друга, Н Д. Чиркинымь, воторнй занимаясь фоіографіей, кавъ любитель, столь удачно и мастерски схватилъ черты всегда оригинальнаго <оригинала^.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4