— 151 — Еарамншевъ, Семенъ Еонстантиновичъ. —Охъ, ты гоі есивоевода царевъ, Еарашышевъ, Семенъ Еонстантиновичъ! Отдай городъ Опсковъ безъ бою, Безъ бою и безъ драки великія, Безъ того уголовія смертнаго! Я на первомъ часу возьму Опсеопъградъ, На другіемъ часу стану чистити, На третьемъ часу стану стоіъ становихь, Стану пить, веселиться, прохладиться, Енязей твоихъ бояръ всѣхъ въ полонъ поберу, ДонсЕихъ казаковъ всѣхъ подъ мечъ преклоню, А тебя, воевода, казнить буду!— Возговоритъ воевода царевъ Еарамышевъ, Семенъ Еонстантиновичъ: — Блуденъ сынъ король съ королевичемъ, Съ паномъ іетманомъХодкевичѳмъ, И съ Боинскимъ Еонемъ Вороновичемъ! Не отдамъ я тебѣ города безъ боя, Безъ боя п безъ драки великія, И безъ того уголовія смертнаго! Еакъ съ вечера солдаты причащалися, Со полуночи ружья чистили. По бѣлоі зорѣ, какъ куры пропѣли, Не туча съ тучей соходилаея, Не зоря съ зорей сомыкалася, Соходилися два войска, два великія, Бѣлаго царя съ королевскимъ. Тутъ ѣздитъ разъѣзжаетъ удалой добрый молодецъ, Еще то ли воевода царевъ, Еарамышевъ, Семенъ Еонстантиновичъ: Еому у насъ на бою, братцы, божья помощь? Помогъ богъ воеводѣ Московскому, Еарамышеву, Семену Еонстантиновичу, Побилъ силу королевскую: Всѣхъ латничковъ, сиповщичковъ, Еольчужничковъ, барабанщичковъ; Насилу король саміретей убѣжалъ. Бѣгучи онъ, собака, заклинается: — Не дай, боже, мнѣ въ Руси бывать! Ни дѣтямъ жоимъ и не внучатамъ! И ни внучатамъ, и ни правнучатамъ! Про нѣсни временъ самозванщины, про Скопина-Шуйекаго, должно тоже сказать; и въ этихъ пѣсняхъ видно народное участіе во всѣхъ дѣлахъ; они всякому были извѣетнн, всякъ стоядъ за ту сторону, гдѣ онъ видѣлъ, по своему, сторону правую. Теперь, какъ мной уже сказано въ началѣ, военная служба совершенно измѣнида харакхеръ; лучшимъ доказательствомъ тому служить добровольное поетупленіе на службу многихъ охотниковъ. Въ самомъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4