— 147 — главное — у нихъ оставалась семья, родина, отъ которнхъ охотнякъ добровольно отказывался. Гожаго, сковавъ, сажали на пару лошадей и везли къ пріеиу въ тородъ^ БЪ которомъ находится рекрутское присутствіе. А яа парѣ лошадей мужикъ ѣздитъ только въ одномъ еще слутаѣ—яа свадьбахъ. ■Это обстоятельство не упущено пѣснею: Посадили меня, раздобраго моюдца, Въ козырныя сани, Повезли то меня только разудалаго Въ городъ—во губернью, Привозили меня, раздобраго молодца, Меня ко пріему. Все, что поражаетъ человѣка дри пріемѣ въ рекруты, высказано № пѣснѣ со всѣми подробностями; Привели меня, раздобраго молодца, Меня ко пріему, Раздѣвали меня, раздобраго молодца До бѣлаго тѣла, Ставили меня, сиротинушку, Въ казенную мѣру. Какъ и стали они, меня сиротинушку, Они стричь и брити... Охъ, ужь брейте вы мои кудерушки. Брейте, не жалѣітеі Привезли то меня, сиротинушку, Меня ко пріему, Всѣ пріемщички ли на сиротинушку Они вздивовались: Да и гдѣжъ тотъ ли сиротинушЕЕа, Гдѣ жъ онъ уродился? Забрили лобъ —все еще не солдатъ, все еще онъ можетъ убѣжать, — «ъ бѣглеца взыску нѣту, пока присягу не принялъ на царскую службу. Народъ думадъ, что рекрутъ принижалъ присягу на царскую службу только на 25 лѣтъ, а что послѣ 25 лѣтъ солдатъ воденъ идти на всѣ четыре стороны. Пока не пригоняли молодаго рекрута къ присягѣ, всякіі креетьянинъ помогалъ ему, когда тотъ задумывалъ бѣжать. 10*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4