РАБОЧИЙ КЛАСС В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ. 57 ПО своей яркости. Фигура Луки Назарыча—старого управляющего крепостника—^живая и колоритная. Сценаего стоотк новения с Петром ЕлисеевичемМухиным (гл. XI, ч. II) великолепна. Перед нами—бессильная ярость крепостника. Когда, не желая слушать его іфика, Петр Елисеевич просто повертывается и уходит, он хрипит: «В гору!»—забывая, что он уже не властен посылать в каторжный рудник. Его успокаивают, как малого ребенка, по его лицу текут «бессильные слезы», его треплет жестокая лихорадка и стучат зубы. Лука Назарыч не мог переварить стремления части уже теперь свободных рабочих уйтина новые земли крестьянствовать и бросить завод. Но вот семья Тита Горбатого дает пример. «Это был захватывающий момент, и какая-то стихийная сила толкала впередлюдей самых неподвижных, точно в половодье, когда выступившая из берегов вода выворачивает деревья с корнем и уносит тяжелые камни». А в это время Петр Елисеевич Мухин, «парижанин», изобретал различные проекты. При чем, как исходнуюточку, он брал солидарность интересов заводовладельцев и рабочего населения. И, конечно, жизнь жестоко разбила наивные либеральные мечты проповедника «солидарности» классов. Заводчики-паразитынеспособныбыли к новым формам эксплоатации рабочего труда. Они при крепостном праве «привыкли только получать с заводов миллионные прибыли и решительно ничего не вкладывали в дело от себя». И так как наследникиничего не хотели знать о новых условиях труда, то всесильный Лука Назарыч был свергнут, и назначен новый управляющийГоликовский. При нем дело пошло быстро к гибели всего предприятия. Все эти последние главы романа, представляющиекартинукрушения посессионныхгорных заводов на Урале, имеют большое значение. Голиковсютй заключил договор с возчиками на поставку дров и угля, при чем транспорт был сдан с торгов по средним ценам. Но лето было дождливое, сена оказалось мало. Надо было итти навстречу затруднительному положению возчиков, но Голиковсішй стоял на букве договора. В результате недокормленные лошади выбивались из сил, десятки палых лошадей валялись по дорогам. И когда Голиковский решил поправить дело и послал в степь закупать овес, сено и солому для заводских лошадей, то было ужепоздно. Это и явилось началом краха. Недостаток подвезенного угля дал возможность только в половинномразмере пустить завод. Рабочие работали по одной неделе в очередь. «Заработная плата таким образом понизилась до невозможного минимума, а тут еще введена была новая система штрафов, вычетов и просто мелких недоплат. Это последнее касалось ближе всего коренного фабрич-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4