РАБОЧИП КЛАСС В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ 279 надцатилет попадаетв столицу—в ученье к живописцувывесок. Пройдя годы тяжелой ученическоймуштры, А, Чапыгин впитал в себя безрадостные впечатления от жизни городской бедноты—от всех этих бедных прачек-поденщиц, пьяных сапожников, метельш;иков и других людей ремесленного труда. Все эти бедняки его рассказов не обнаруживают даже какихлибо элементарных чувств и интересов общерабочего хараіітера... И вообще классовая особенность рабочего быта мало интересует Чапыгина. Ни в одном рассказе он не ноісазывает нам своих персонаясей хотя бы с какими-нибудь элементарными проблесками сознания общерабочихинтересов. Мы говорим это не в виде упрека, а для того, чтобы понять намерения автора, как художника. Бедняки большого города изображаются писателем в своей домашней, интимной обстановке или со своими замкнутыми одинокими думами. Поэтому правильно назвал А. Чаягыгин первое издание этих своих рассісазов—«Нелюдимые» ^). В рассказах А. Чапыгина обращают на себя внимание не условия физического труда, а нравственная, или духовная искалеченность людей.- Федька Минога—молодой пьяницакровельщик, смутночувствующий безобразие своей жизни, видел однажды, через окно во время работы, навешивая водосточнуютрубу, какую-то красивую буржуазнуго даму. И с тех нор потребность видеть ее заполняет все его существо. Федька, котррый вообще «завистливыми и злыми глазами разглядывает молодых, нарядных женщин», брезгливо отнесся к проституткам, к которым его привел дядя Бердяп. Но думать на основании этого что Федька Минога питает к незнакомой даме, виденной через окно, какие-то особо-возвышенные чувства—не приходится. После своего стремления увидеть ее еще раз онпадаетвниз и попадаетв 'больницу. Полагая, что в больницах морят, Федька «нюхал яищу, которую ему подавали, подозрительно разглядывал кипяток в большой оловянной кружке». Своей «прожорливостью и нелюдимостью» он напоминал «ястреба в клетке». Здесь в больнице он «снова представлял себе высокую, наряднуюбарыню, и странное, капризное желаниевсе ярче, все настойчивеепросыпалосьв нем: ему хотелось видеть ее вблизи, прижаться к ней, смеяться ей, в лицо радостными злым смехом. «Хе, кости у нейнежные...' тело мягі-іое...» Этот искалеченныйжизнью человек является жертвой ненормальных условий жизни. Изображенный ^) Подѳагоповок «Рабочие рассказы», который дан к сборнику Чапыгина в новом издании (ВЦОПС, і1925 г.), верен только в некоторой степени. Например, два рассказа—«Одинокая жизнь» и «Барыни» —^никакого отношения к рабочей жизни не имеют.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4