— 98 — вмѣото себя царь прислалъ своихъ бояръ. Призвали Никона, онъ явился въ патріаршемъ облаченіи, въ мантіи и клобукѣ съ шитымъ жемчугомъ серафимомъ; обычнымъ порядкомъ вошелъ въ храмъ, помолился иконамъ и сталъ среди церкви. Патріархи велѣли читать обвинительный приговоръ сначала до-гречески, потомъ по-русски: бывшій патріархъ Никонъ былъ объявленъ лишеннымъ патріаршества и священства и какъ простой монахъ ссылался на покаяніе въ монастырь. Никонъ горько улыбался, когда вычитывали его вины и приговоръ. Патріархъ Паисій велѣлъ Никону снять клобукъ, но Никонъ отказался ото исполнить. —«Зачѣмъ вы, —говорилъ онъ, —дѣйствуете тайно, какъ ворй, здѣсь въ монастырскойцеркви? Развѣ я въ этой церкви принялъ пастырскій жезлъ? Здѣсь нѣтъ царскаго величества, его синклита и всенароднаго множества людей россійской земли. При всемъ народѣ въ соборной церкви принялъ я натріаршество по прилежнымъ и слезиымъ моленіямъ царя. Пойдемъи теперь въ ту-же великую церковь!» —Тогда Паисій быстро подошелъ къ Никону и сорвалъ съ него клобукъ; потомъ патріархи сняли съ осуждениаго драгоцѣнную, украшенную жемчугомъ, панагію. ■—«Жемчугъ-то раздѣлитѳ между собою, будетъ вамъ по нѣскольку золотниЕовъ, — насмѣхался Никонъ, — бродяги, турецкіс невольники! Шатаетесь всюду за милостыней, чтобы было чѣмъ заплатить дань султану». Паисій выговаривалъ, чтобы Никонъ жилъ въ монастырѣ тихо и смиренно. —«Знаю я и безъ вашего поученія, какъ жить», —^отвѣчалъ Никонъ. На него падѣли простоймонашѳскій клобукъ, снятый съ одного греческаго монаха. Тяжелое впѳчатлѣніе производила эта сцена на нрисутствующихъ. —«Зрѣлище было изумительное для глазъ и ужасное для слуха, —пишетъ епископъ Лазарь Варановичъ. —Я страдалъ душой, переносилъ ужасы и упалъ духомъ, когда погасло великое свѣтило». Другой архіерей Симонъ вологодскій, насильно
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4