26 няхъ; потомъ говорилъ рѣчь къ своимъ войскамъ, провозглашалъ новые чины и надѣвалъ знаки отличія съ присягою подъ знаменами, между которыми съ удивленіемъ видѣлъ на нѣкоторыхъ Князь Долгорукой поношенные лоскутья съ вензепемъ еще Густава Вазы. На возвратномъ пути къ своейставкѣ, Король дровелъ всѣхъ русскихъ мимо своей артиллеріи; потомъ въ 5 часовъ опять угостилъ ихъ; а на вечеръ всѣ русскіе приглашены были снова въ шведской лагерь на иллюминацію и ужинъ и были опять въ палаткѣ Короля, который, обходя всѣхъ, остановился передъ Кияземъ Долгорукимъ и сдѣлалъ ему пять-шесть вопросовъ. Такимъ образомъ Князю Долгорукому не удалось участвовать въ опасностяхъ войны; но удалось видѣть блистательное ея заключеніе, чѣмъ и кончилось его военное поприще, къ которому впрочемъ онъ, кажется, не чувствовалъ большой склонности. Вѣроятно, бопѣе молодость, требующая дѣятельности, и чувство чести, а не наклонность, заставляли его такъ настойчиво два раза проситься на мѣсто военныхъдѣйствій. Вотъ какъ говоритъ онъ объ этомъ въ одномъ изъсамыхъ оригинальныхъ своихъ стихотвореній; а его стихи можно приводить въ доказательство: ибо въ нихъ изображаетъ онъ себя во всей истинѣ. Въ герои не влечетъ меня мой тихой гаагъ; По склонности ушелъ отъ рыцарскихъ отвагъ; Не зная лучше чт^ изъ этихъ двухъ игругаекъ— Пырнуть ножемъ въ углу, иль дать туза изъ пушекъ; Пологикѣ моей давно я разсудилъ, Что такъ ли, или сякъ, да плохо какъ убилъ. И такъ, въ слѣдующемъ году (1791), будучи дѣтъ отъроду, онъ вьшіелъ въ отставку, уволенный
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4