2&4 пойятіе пустое, стихотворенія шутдивыя; другая же идея, какъ истинная, какъ мысль о всеобщемъ законѣ, о йравдѣ провидѣнія, само собою разумѣется, нредбтавйлась его уму въ Формѣ важнаго размьпилеиія. Я хочу сказать этимъ замѣчаніемъ не то, чтобы онъ йамѣренно представилъ, въ долномъ іщклѣ стихотвореній, какъ бы ФидосоФической трактатъ объ этомъ нредметѣ; но говорю только, что они, взятыя виѣстѣ, преДстайляіотъ передъ взоромъ критика разныя его стороны, какъ онѣ случайно, и въ разное время, пред-* ставлялись поэту. Переходя къ сатирамъ Князя Долгорукаго, я долженъ прежде всего замѣтить, что ни одна изъ нихъ яе названа у него сатирою. Ббльпіая часть изъ нихъ имѣютъ Форму посланія, или разсужденія; но по содёржанію своему—это сатира. Въ нихъ Князь Долгорукой иногда довольно рѣзокъ, и вообще поражаетъ йѣТйймй чертами. Въ нихъ нѣтъ злости, которая и не должна принадлежать сатирѣ, какъ такое дви^еніе ду-' ши, Которое никогда не можетъ быть привлекатеаьяымъ, и никогда не возбуждаетъ участія. Въ нихъ или наглядное изображеніе предметовъ и дѣйствій, достойныхъ осмѣянія; илинегодованіе, доходящее иногда до сильной степени. Къ сатирамъ я причисляю слѣдующія стихотворенія Князя Долгорукаго: Чертысвободнаго писателя, Тороюество совѣстщ Пире, Приказа швейцару, Нѣчто для весельчаковъ и Приятелю, шутка за шутку. Считаю нужнымъ сказать о каждой изъ этихъ піэсъ нѣсколько словъ особо, й представить тоже выписки. ЧертЬг свободнаго писателя направлены противъ іести нѣкоТорыхъ тогдашнихъстихотворцевъ.—^Вспомнимъ, что тогда напіа ода елі,е не умолкла^ и что вообще похвальные стихи были еще въ употребленіи у
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4