211 Духъ бурный перья всѣ ошибъ (*) Со всѣхъ сторонъ бѣды жестоки Отверзли горькихъ слезъ потоки; Но Воѵъ взглянули—и я не сгибъ! Ему едину поклоняюсь Въ дутѣ и совѣсти моей; Его десницей ущедряіось, Живу, дышу и движусь ей! Не гнѣвъ бояръ—гяѣвъ божій страшенъ; Не судъ людской—Его ужасенъ; Онъ вьюги вѣетъ—Онъ уйметъ; Велитъ зарѣ во мглу проникнуть — Тогда и мнѣ удастся вскрикнуть: Ура, друзья мои!—везвть! Въ эгомъ же стихотвореніи есть одинъ куплетъ, исполненный юмора. Въ немъ намекаетъ онъ на свою отставку, и на отраду, находимую имъ въ нетребовательной снисходительности семейнаго круга. Теперь я сталъ мужикъ свободный, И дѣлать всячину досугъ: Хотя піитъ не превосходный, Но все гожусь въ семейный кругъ! Бумагу цѣлый день мараю, Перепишу, да прочитаю; Моя цензура все жуетъ! Она не смѣетъ бить тревогу — За тѣмъ, что дома, слава Богу, Черезвъгчайно мнѣ везетъ! Въ числѣ шутливыхъ стихотвореній Князя Долгорукаго есть одно, которое предшествовало, въ сво- (*)Этонааоминастъгораціево'.«ВесІ5І8Ьиті1ет реппІ5...і)ІіЬ.2.ЕрІ81. 2.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4