157 „ближніе мои далече мене стапіа; и тогда, кго протя- „нулъ мнй дружескую руку? кто притупилъжало зло - „бы? кто смягчилъ язву отчаянія? —Паки и паки уни- „верситетъі —Хладнокровно взирая на коловратность „отношеній мірскяхъ, онъ удостоидъ меня новой чести, „толикоуважительнѣйпіей, кодико паче униженъ я былъ „въ своей собратіи —и нарекъ меня почетнымъ чле- „номъ учрежденнаго въ немъ Общества любителей рос- „сійской словесности. „Такъ поступалъ со мною университетъ во всѣ „эпохи жизни моей, всегда равно, и въ счастіи и въ „несчастіи въ ведро и въ туманъ, въ торжествѣ и въ „уничиженіи. Я ли забуду сію златую колыбель моего „моральнаго младенчества!" Такъ! несмотря на своипреклонныйлЬга и знаки почестей, приобрѣтенные службой, несмотря на почетную извѣстность но своему поэтическому таланту^ бывшему въ свое время въ славѣ, онъ прпнялъ званіе члена обп];ества не такъ, какъ должную дань его литературной извѣстности, но какъ почесть, которуюонъ цѣнилъ дорого. Не довольствуясь однимъ титломъчлена, какъ многіе изъ почетныхъ старыхъ литераторовъ, онъ счедъ обязанностію своею участвовать и въ трудахъ общества. Нѣкоторыя изъ лучпшхъ его стихотвореній были читанывъ публичныхъ засѣданіяхъ общества и напечатанывъ изданныхъ имъ книгахъ. Таковъ былъ Князь Долгорукой.—Заговоритеобъ немъ, съ кѣмъ хотите, изъ его знакомыхъ: ни одинъ не вспомнитъ объ немъ безъ глубокаго вздоха! Всякой нриведетъ себѣ на память его живой разговоръ, его любезность, и тысячу приятныхъ минутъ, которыхъ онъ былъдушою!—Никто изъ них5 не забыла его!—такъ говорилъ я, написавшивъ первый разъ его біографію; тоже утверждаюп нынѣ. —Оставить по себѣ такуюпамять,^
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4