109 не думая, можетъ быть, какъ всѣ эти картины будутъ совреыенемъ интересны; а между тѣмъ надобно замѣтить, какъ особую черту его ума, что комическое ни въ какихъ случаяхъ жизни не ускользало отъ его игриваго свойства. Въ уѣздномъ городѣ ІПуѣ добрый городничій Паведъ Сергѣевичъ Шульгинъ, жившій въ казенной квартирѣ^ но имѣвпіій собственный свой домъ, несмотря на множество людей, искавшихъ помѣщенія и платившихъ высоі?ую Цѣну, предложилъ весь свой домъ семейству Долгорукихъ, и несмотря ни на ісакія убѣжденія не хотѣлъ взять никакой платы. „Онъ предпо- „челъ^ говоритъ Князь Долгорукой, прекращенію сво- „ихъ доходовъ удовольствіе обязать бывшаго своего „начальника." Такимъ образомъ они основали временное свое пребываніе въ Шуѣ. Семейство Шульгина составляло здѣсь весь крутъ ихъ знакомства. По случаю взятія Москвы написалъ Князь Долгорукой стихи: Плачь надъ Москвою^ въ которыхъ изображаетъ подробно тогдашнее свое положеніе и образъ жизни; благодарить со всею простотою чувства добрыхъ людей, пріютившихъ его на это время; объ отдачѣ же Москвы судитъ такъ, какъ судили большею частію въ это время, то есть—почитая этонесчастіемъ народнымъ и не видя въ томъ искупительной жертвы для отечества. Судьбы провидѣнія были еп];е тайною; ихъ це дано угадывать человѣку!' Ѳ день великихъ зодъ!—Но къ пущему несчастью.- У матушки-Москвы есть множество дѣтей, Которые твердятъ по новому пристрастыо, Что прахъ ея не есть бѣда Россіи всей] Утѣшитъ ли кого сія молва народна? Отечества я сынъ, и здѣсь сказать дерзну: Россія! ты раба—когда Москва въ п:.іѣну'.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4