— 298 — борамъ только огни горятъ. Отъ нашего страха великаго побѣжали они къ Черному морю, чтобъ имъ уйти отъ насъ за Черное море. И мы, бѣдные, надѣяся на Бога вышняго, пошли за ними въ походъ: ажио садятся они на свои бусыи каторги, а которые стоятъ на сухомъ пути, и они, не видя другъ друга, почали метаться, ж больше того потопилось въ Черномъ морѣ.,. А мы, бѣдные остальцы, —всего насъ осталось полчетвертытысячи, и тѣ всѣ переранены, —и взяли мы икону Іоанна Предотечи и Николы Чудотворца, а мѣсто Азовское оставили, а сами пошли на свой тихій Донъ, и тамъ сотворили обитель Іоанна Предотечи, атамана поставили игуменомъ и въ монастырѣ учали жити и Богу молиться. Отъ нашея руки малыя и отъ казачества вольнаго имъ бусурманамъ срамота стала вѣчная отъ воѣхъ земель, отъ царейи отъ королей, а нашему православному государю царю и великому князю Михаилу Ѳедоровичу, всея Россіи самодержцу, слава вѣчная во всѣ орды бусурманскія, Персидскія и Еллинскія, а нашему атаману Науму Васильеву и всему грозному войску Донскому слава вѣчная. 38. ГРИГОРІЯ КОТОШИХИНА, О РОССІИ, ВЪ ЦАРСТВОВАНІЕ АЛЕКСЪЯ МИХАЙЛОВИЧА. Григорій Котошихинъ съ молодыхъ лѣтъ служилъ въ иосольсЕОмъ приказ! (въ Истор. объ Азовск. сндѣн. см. прим. 1), сперва писцоыъ, вотомъ подьячимъ; неодно28. По краткой редакціи — полчетверты тысячи, три тысячи съ половиною. По древнѣйшей краткой редакціи счетъ выходитъ другой: <а ихъ-де атамановъи казаковъ сидѣло въ осадѣ въ Азовѣ только пять тысящъ 367 человѣкъ, а побито ихъ больше трехъ тысячъ человѣкъ, а остаточные всѣ переранены».—Объ устроеніи монастыря въ Исторіи объ Азовскомъ взятіи повѣствуется иначе: «И созиздиша казаки, по обѣщанію своему, монастырь честной, во имя Крестителя Господня и Предтечи Іоанна, и угодника Христова Николая Чудотворца, и въ томъ монастырѣ ностроиша двѣ церкви деревянныя, и чернаго попа, ермонаха (вм. іеромонаха) Серапіона, поставиша игуменомъ въ этомъ монастырѣ. По своему обѣщанію, пошли 20 казаковъ въ монашескій чинъ. И бысть тамо, на Дону, православная Донская обитель, и начата казака обитель распространять и надѣлять хлѣбомъ и солью. Потомъ атаманъ Наумъ Васильевнчъ, вольное казачество, на тихомъ Дону лѣтъ живота своего въ 67 годъ съ миромъ ко Господу отдаде душу, и положиша казаки тѣло его во гробѣ честно, въ новосозданномъ монастырѣ». 29. По подробнойредакціи ; поте му что донесеніе царю Михаилу Ѳедоровичу должно быгло заключать въ концѣ обраш,еніе къ его имени. Въ краткой редакціи, вмѣето этого, значится только: «Намъ, казакамъ, ела ва молодецкая, а имъ бусурманомъ укоризна вѣчная!» Варіантъ: <Апо
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4