b000001934

— 175 — явитъ ему эту тайну. И смотря въ оконце свое, прямо къ соборной церкви, видитъ оаъ: ясно, въ великой свѣтлости, какъ въ солнечной зарѣ, вышла изъ церкви Пречистая Богородица съ Архистратигами господними, съ Миха- нломъ и Гавріиломъ, и, дошедши до того мѣста, гдѣ лежало тѣло святаго, взяла оное Пречистая Богородица въ полу свою , и принесла въ свою со- борную церковь, и положила па его мѣсто, гдѣ и донынѣ, видимъ всѣми, творитъ чудеса во славу Христу Богу нашему, благоухая, какъ кипарисъ. Архіепископъ же, вшедши въ церковь къ заутренѣ, увидѣлъ преславное чудо : святой уже лежалъ на своемъ мѣстѣ, почивая. Сошелся иародъ, и, видя то чудо, прославилъ Господа Бога. Такова народная редакція. Главнѣйшіе пункты, на которые слѣдуетъ въ ней обратить вниманіе, суть слѣдующіе: 1) Меркурій представляется героемъ народнымъ , русскимъ. По крайней мѣрѣ, въ народномъ сказаніи нѣтъ и слѣда о римскомъ или нѣмецкомъ его происхожденіи. 2) Вся обстановка героя идеальная. Конь, дожидавшійся его у выхода изъ церкви, былъ необычайный. Обезглавленный Меркурій привелъ его съ битвы въ городъ, гдѣ онъ чудесно исчезъ, сталъ невидимъ. Это чудесное животное напоминаетъ намъ до-христіянское чествованіе коней, отразившееся въ миѳѣ о Слеііпнирѣ Одина, о коиѣ Свѣтовита балтійскихъ Славянъ, о виловитомъ или вѣщемъ конъ Момчилы въ сербскомъ эпосѣ, о Сивкѣ-Буркѣ-Вѣщей- Кохркѣ нашихъ сказокъ и проч. Какъ бы то ни было, только чудесный конь смоленской легенды прямо указываетъ на живую связь ея съ народнымъ эпосомъ. 3] По этой редакціи святой герой сражается не съ татарскпмъ великаномъ, а со всѣмъ Батыевымъ войскомъ , и , что особенно важно — убиваетъ Мер- курія не сынъ великана^ въ отмщеніе за убіеніе отца, а нѣкто человѣкъ кра- сет ліщомд , пли , какъ сказано въ другомъ мѣстѣ, прекрасет войт. Мер- курій долженъ былъ, по повелѣнію Богородицы, покорно отдать ему свое оружіе и для усѣчеиія преклонить передъ нимъ голову. Ясно, что не отъ та- тарина, даже не отъ человѣка обыкновеннаго приключилась ему смерть, но отъ какого-то существа прекраснаго, отъ прекраснаго воина, какими пред- ставляются въ нашей древней лптературѣ ангелы. Совершивъ велѣпіе Бого- матери, исполнивъ свое назначеніе въ мірѣ^ Меркурій долженъ былъ, во цвѣтѣ лѣтъ лишиться жизни. Смерть должна была набросить свой таин- ственный, непроницаемый нокровъ иа невѣдомыя, столь же таинственныя сношенія героя съ міромъ чудеснаго, неземнаго. По народной Фантазіи жаль было представить храбраго героя жертвою татаріла. Онъ заслуживалъ^луч- \ »