—666 — бомъ, ради его добродѣтельнаго житія и благихъ намѣреній, съ которыми онъ, по невѣдѣнію, творилъ грѣхъ. С) Повѣстъ 14-ая. Повѣсть ведется отъ лица Іосифа. Когда Орда грѣхъ ради нашихъ слыла еще золотой, попали въ плѣнъ два брата. Въ плѣну оба брата въ первый день отказались отъ предложенной татарами пищи. Черезъ день одинъ изъ братьевъ не выдержалъ и сталъ принимать пищу; а другой, всегда соблюдавшій постъ по понедѣльникамъ, три дня терпѣлъ и за это подвергался тяжкимъ побоямъ, былъ связанъ и брошенъ нодъ телѣгу. Въ полночь явился нѣкій свѣтлый мужъ, который провелъ его черезъ всю орду и подвелъ къ одному дереву, на которое ве.ііѣлъ ему взобраться и тихо сидѣть. На вопросъ освобожденнаго, кто онъ, свѣтлый мужъ отвѣтилъ: „свѣтлый азъ понедѣльникъ". Скрываясь въ вѣтвяхъ дерева, освобожденный видѣлъ, какъ агаряне, замѣтивъ его исчезновеніе, кинулись на его брата, стали бить его и жарить на огнѣ, „якоже свини палятъ", и „сожгоша его". Послѣ этого орда снялась съ мѣста и ушла, а спасшійся отъ плѣна сошелъ съ дерева, пошелъ на Русь, явился въ Пафнутіевъ монастырь и здѣсь постригся. Въ этой повѣсти любопытно олицетвореніе понедѣльникау аналогичное болѣе распространеннымъ олицетвореніямъ недѣли и пятницы (§§ 201—202, кн. 1-ая, §§ 82, 83). '/]) Повѣсти 15-ая —21-ая. Эти повѣсти имѣютъ особое заглавіе: дПовѣсти отца Пафнутія". Въ 15-ой повѣсти разсказывается о великомъ морѣ, постигшемъ Русь въ 1427 г. Остальныя повѣсти имѣютъ эсхатологическій характеръ. „Мерли болячкою, глаголемою прыщемъ, —повѣствуетъ Пафнутій, —и кому умереть, и прыщь той на немъ синь бываше, и, три дни болѣвъ, умираше. И который себе берегли, и они с покаяніемъ и в черньцехъ животъ скончеваху: елициже нечювъствены, питию прилежаху, занеже множество меду пометнуто и презираемо бѣ. Они же в толико нечювствіе пріидоша злаго ради піаньства—единъ от піющих, внезапу над, умираше; они же, ногами под лавку впихавъ, паки прилежаху питш*^. А кому суждено было остаться въ живыхъ, у тѣхъ болячка была червленая; они долго лежали: мѣсто сгнивало, и они оставались въ живыхъ. Остававшіеся въ живыхъ собирали золото и серебро, „а о иномъ не брегуще ни о чем". И это было ваказаніемъ Божіемъ: Богъ сотвори.іъ „вѣдомо",
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4