446 Присвоеніе найденнаго. ныхъ лично и по состоянію прпсвоенныхъ пмъ цравъ п преимуществъ іі закліоченіго въ тюрьму на время не свыше одного года (Разсужд. по поводу Высочайше утвержденнаго 27 декабря 1865 г. мнѣнія Госуд. Сов. о согласованіц У.іоженія о Наказаніяхъ съ Уставомъ о Наказаніяхъ). Но по толковаиію Сената, имѣющему за себя весьма серьезный и предпочтитель. нѣе нашего аргументъ (умолчаніе о предпоюжеиіяхъ Государсів. Совѣта въ 30 ст. Улож. и 181 ст. Уст. о Нак.), утайка находки не влечетъ за собою нп въ какомъ случаѣ лпшенія пли огранпченія правъ и потому подлежитъ вѣдомству Мировыхъ Судей, независимо отъ сословія подсудимаго (1868 г. Л» 624, Зуева). 3) На основаніп 2 п. 33 ст. Уст. Уг. Суд. и 2 п. 1 ст. Уст. о Нак. присвоеніе найденнаго (ст. 178) будетъ выходить изъ вѣдомства Мировыхъ Судей, коль скоро цѣнность найденнаго будетъ свыше 100 рублей, а необъявіеніе о найденномъ (ст. 179)—коль скоро цѣшшсть находки будетъ свыше 300 рублей. 4) Какого рода давность (ст. 21 Уст. о Нак.) должна имѣть примѣненіе къ 178 — 179 ст. Уст. о Нак.? Вопросъ этотъ былъ разрѣшенъ Сенатомъ въ томъ смыслѣ, что присвоеніе найденнаго погашается вообще двухгодовою давностію. Коробковъ прпзнанъ впновныхъ въ проступкѣ, предусыотрѣнпомъ 179 ст. Уст. о Нак. Статья эта помѣщена въ 4 отд. гл. 13, озаглавленномъ словами: О ыошеннпчествѣ, обманахъ д прпсвоеніп чужого имущества, н, какъ видно пзъ указателя къ изданію удоженія о наказаніяхъ 1866 г., замѣнила собою 2274 ст. Улож. 1857 г., которая была помѣщена въ гл. 4 (о прпсвоеніп іі утаГікѣ чужой собственности)въ отдѣленіп третьемъ, озаглавленномъ словами: о прпсвоеніп найденной вещи. Посему, а также и по существу самого проступка, посредствомъ котораго виновный незаконно пользуется чужимъ имуществомъ, нельзя изъять этоіъ ііроступокъ отъ дѣйствія общихъ правилъ, посхановленныхъ относительно преслѣдованія и наказаяія кражи, мошенничества и прнсвоенія чужого имущества и примѣнять шесшмѣсячную, а недвухъ годовую давность {1868 г. № 358, Коробкова). Съ подобныиъ толкованіемъ Сената согласиться невозможно, ибо, руководствуясь «го соображеніями, пришлось бы и самовольное пользованіе чужимъ имуществомъ подчинить не шестпмѣсячной, а двухгодовой давности. По нашему мнѣнію, предложенный выше вонросъ разрѣшается столь ясно самимъ закономъ, что не требуетъ никакихъ толкованій. Стоитъ только обратиться къ Уложенію, Въ п. 4 ст. 158 Уложенія сказано: иаказаніе отмѣняется за давностію, когда со времени учиненія проступковъ, за которые опредѣляется закономъ заключеніе въ тюрьмѣ, прошло два года, а для тѣхъ, за которые опредѣляется лишь арестъ, или денежныя взысканія, или выговоры, или замѣчанія, или же внушенія, прошло шесть мѣсяцевъ. Отсюда слѣдуетъ само собою, что двухгодовая давность примѣняется только къ проступкамъ, влекущииъ за собою тюремное заключеніе, а что всѣ остальные проступки погашаются шестииѣсячною давностью. Сказанное подтверждается и разсужденіями ГосударственнагоСовѣта по поводу 4 п. 172 ст. Улож. 1857 (ст. 158 Улож. 1866 г.). Разсужденія эти слѣдующія: „При составленіи Устава о Наказаніяхъ, общій срокъ давности былъ прпзнанъ слишкомъ продолжптельнымъ, ибо впечатлѣнія дѣяній ыаловажныхъ скоро изглаживаются изъ памяти, а отъ того п показанія свидѣтелой, по своей неясности, почти никогда не
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4