Кража семейная. 123 16 75), то же самое постановленіе «о присвоеніи и растратѣ родителями принадіежащаго ихъ дѣтямъ имущества» (ст. 1590), безъвсякой оговорки, что пресдѣдованіе подобнаго дѣянія возбуждается лишь жалобою потерпѣвшаго и по прежнему умалчивается совершенно о присвоеніи между супругами; 4) вопросъ о семейиомъ присвоеніи затронуть впервые Уставомъ о наказаніяхъ, 19-я статья котораго причислила и это посягательство къ разряду семейныхъ похищеній. Изъ мотивовъ къ означенной статьѣ видно, что составители Уст. о Наказ, отнесликъ дѣламъ, возбуждаемымъ по частной жалобѣ въ Мировыхъ Установленіяхъ и семейноеприсвоеніе, исходя взъ того взгляда, «что всѣ эти проступки не представляютъ особаго вреда для общества, а въ то же время одни только потерпѣвшія отъ нихъ и могутъ знать, въ какой степени виновно совершившее проступокъ лицо»; 5) отсюда уже явствуетъ само собою, что законодательство наше всегда преслѣдовало ех оШсіо не только присвоеніе опекунскаго имущества дѣтей, но и присвоеніе дѣтскаго имущества вообще и что начало это еще и до сихъ поръ сохранилось въ Уложеніи о Наказаніяхъ, идущимъ въ этомъ отношеніи въ разрѣзъ съ Уставомъ о Наказаніяхъ; а) кажется даже не лишено основанія и то заключеніе, что подъ прпсвоеніемъ дѣтскаго имущества законодательство разумѣло не только присвоеніе ввѣреннаго, но и вообще похищеніе родителями имущества ихъ дѣтей, коль скоро дѣтн были малолѣтними, такъ что примѣчанія къ 1664 и 1675 ст. о кражахъи обманахъ имѣли въ виду только дѣтей совершеннолѣтнихъ. асі. 2. Напротивъ того вопросъ о томъ, должно ли быть объектомъ сёмейнаго похнщенія безусловно имущество принадлежащее тому члену семьи, у кого оно похищено, разрѣшонъ Сенатомъ въ смыслѣ утвердительномъ. Жиздринскій Мировой Судья 1 участка прпзна.іъ крестьянинаЕвстратова виновнымъ въ тайной продажѣ ввѣренной отцу его на сохраненіе бересты, и, на основаніц 169 ст. Уст.,прнговорилъегокъ6-мѣсячному тюремному заключенію. Евстратовъ, представляя въ Мир. Съѣздъ письменное удостовѣреніе отца своего о томъ, что за кражу хранившейся у него берестыонъ на сына своего претензіп не имѣетъ, просплъ Съѣздъ освободить его отъ отвѣтственности. Но Жиздринскій Мировой Съѣздъ, ирпнявъ во вниманіе, что похищенная береста, какъ не составлявшая собственностпотца подсудпмаго, не даетъ ему права воспользоваться изложенными въ 19 и 20 ст. Уст. правилами, оставилъ ириговоръ Мпроваго Судьи въ своей силѣ. Въ кассаціонноп жалобѣ Евстратовъ жаловался на нарушеніе 19 сті Уст., но Сенатъоставилъ эту жалобу безъ дослѣдстьій, принявъ на видъ, что указываемая подсудимымъ 19 ст. Уст. примѣнима лишь къ кражѣ дѣтьми у родителей иредметовъ, симъ послѣдниыъ принадлежащихъ, т. е. въ такихъ случаяхъ, когда родители могутъ считаться лицами потериѣвшимн отъ преступленія, и что отъ нихъ однихъ, слѣдовательно, зависитъ приносить или не приносить по сему предметужалобы; въ настоящемъже дѣлѣ, какъ возбужденномъ конторою г, Мальцева, считающаго себя собственнпкомъпохищеннойберестып имѣющаго на семъ основаніц право преслѣдовать похитителя уголовнымъ порядкомъ, помянутая 19 ст. иримѣненія имѣть не ыожетъ (1869 г. № 263, Евстратова). Но такое толкованіе Сената, правильное въ принципѣ, болѣе чѢіііъ неправильно въ примѣненіи къ настоящему случаю. Очевидно само собою, что похищеніе у родителя имущества завѣдомо о томъ, что оно чужое, а не его, есть похищеніе не семейное, а простое. Напротивъ того, коль скоро обвиняемый, какъ въ настоящемъ случаѣ, не знаіъ, что похищаемая имъ береста не принадлежала его отцу, примѣ-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4