114 Кража. С) она является обстоятельствомъ, вліяющимъ на мѣру наказанія внутри одного и того же рода кражи. ай. А. Есть нѣкоторыя законодательства, который ноложительнотребуютъ, чтобы предметомъ кражи была вещь, имѣющая стоимость, цѣну; практика нѣкоторыхъ Гермапскихъ государствъ устраняетъ весьма часто понятіе кражи въ похищеніяхъ, не превышающихъ по стоимости украденнаго одной копѣйкп. Что касается до нашего законодательства, то нѣтъ никакого сомнѣнія въ томъ, что и оно точно также требуетъ для понятія кражи цѣнности украденнаго; это требованіе выражается положительно 1644 ст. уложенія, требующей, чтобы предметомъ кражи было «имущество>. Всякая реальная вещъ, составляющая предметъ житейскихъ оборотовъ и сдѣлокъ, называется имуществомъ, но предметомъ гражданскихъ оборотовъ и сдѣлокъ могутъ быть только такія вещи, которыя пмѣютъ пзвѣстную цѣнность; посему имущество и цѣнность—синонимы и сумма имущества извѣстнаго лица выражается обыкновенно цѣнностію этого имущества. Отсюда: вещь, не пмѣющая никакой цѣны въ гражданскомъ быту, не можетъ быть названа имуществомъ, не можетъ быть частью моего капитала или состоянія, не можетъ быть поэтому и предметомъ кражи, которая есть похищеніе имущества. Сказанное приводить къ слѣдующимъ заключеніямъ: 1) Наше законодательство наказываетъ кражу всякаго имущества, какъ бы была незначительна его цѣнность, хотя бы менѣе одной копѣйки. 2) Наше законодательство не наказываетъ какъ кражу похищеніе такихъ вещей, которыя не имѣютъ никакой стоимости или цѣнности. Но что разумѣть подъ вещами, не имѣющими никакой цѣнности? Подъ вещами непмѣющимц стоимости или цѣны, слѣдуетъ разумѣть такія вещи, которыя не составляютъ предмета мѣны, купли и продажи, не являются предметомъ гражданскихъ сдѣлокъ или оборотовъ. Исчислить всѣ такія вещи невозможно; укаженъ только на нѣкоторыя, въ видѣ примѣра; таковы: клочекъ бумаги, обгорѣлая спичка, упавшіе листья въ саду, пепелъ и т. п. И дѣйствительно: цѣль воровства сть дріобрѣтеніе извѣстнаго чужаго имущества, увеличеніе своихъ средствъ, доставленіе себѣ удобствъ, удовлетвореніе своихъ прихотей и желаній насчетъ чужаго имущества; посему надо было бы извратить совершенно натуру кражи, чтобы наказывать тогѳ, который возьметъ тихонько чужой выпавшій изъ головы волосъ или состриженныйноготь. Въ моей практикѣ было только одно дѣло замѣчательное по низкой стоимости украденнаго: это похищеніе съ Сѣнной разбитой чайной чашки, оцѣненной экспертами послѣ отнѣкиваній въ Ѵз копѣйки; я призналъ въ настоящемъ дѣлѣ кражу такъ какъ чашка была похищена у торговки битою посудою, стало быть составляла предметъ купли и продажи. На мой вопросъ: что побудило подсудимаго сдѣлать такое похищеніе, онъ разъяснплъ какъ нельзя болѣе ясно всю корыстную сторону этой кражи слѣдующимъ отвѣтомъ: «къ цаловальнику бы снесъ; все бы папироску далъ». АЛ. В. Цѣнность кражи принимается нашимъ законодательствомъ какъ масштабъ для разграниченія подсудности кражи, — съ одной стороны между общими судами и Мировыми Установлешями, а съ другой между Мировыми Установленіями
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4