— 20 — ской, за исключеніемъ уѣздовъ Бѣлозерскаго и Кириловскаго. Представляя проектъ, составители его полагали возможнымъ новый законъ примѣнить и къ губерніямъ Курляыдской, Лифляндской и Эстляндской, гдѣ охота стоитъ вообще на довольно высокой степени развитія и гдѣ поэтому особенпо удобно примѣненіе новаго проекта. частію направленнаго и противъ привиллегій курляндскихъ дворяыъ, имѣвшихъ право пользоваться въ своихъ владѣніяхъ охотою безъ всякаго ограничеыія, а также производить травлю и охотиться за крупною дичью въ чужихъ владѣніяхъ и посылать для охоты на чужія земли своихъ людей. Необходимость ограниченія такихъ правъ, признанныхъ несвоевременными самимъ дворянствомъ, была отчасти вызвана и заявленіем.ъ главнаго лѣсничаго тамошнихъ казенныхъ лѣсовъ, который свидѣтельствовалъ, что съ введеніемъ въ Прибалтійскихъ губерніяхъ уменьшенныхъ штрафовъ за неправильную охоту (57 и І 47 ст - Уст. о наказ., налаг. мир. суд.), вмѣсто прежнихъ, гораздо большихъ, истребленіс въ казенныхъ дачахъ дикихъ козъ чрезвычайно усилилось. Усиленное особое присутствіе Государственнаго Совѣта, приступивъ, 2 марта 1872 года, къ совмѣстному обсужденію проекта закона объ охотѣ, представленнаго Министромъ Внутреннихъ Дѣлъ, и законопроекта генералъ-адъютантовъ барона Ливена и Краббе, не могло не принять во вниманіе, что проектъ Министра Внутреннихъ Дѣлъ, а равно и заключенія о немъ со стороны разныхъ вѣдомствъ и лицъ, не вполнѣ сходятся въ главныхъ основаніяхъ съ упомянутыми выше предположеніями по тому же предмету генералъ-адъютантовъ барона Ливена и Краббе. Поэтому признано было нужнымъ прежде всего выработать общія начала, которыя должны быть положены въ основу новыхъ правилъ объ охотѣ. Подвергнуты были обсужденію слѣдующіе вопросы: і) Слѣдуетъ ли установить опредѣленный сборъ за право пользованія охотою и затѣмъ отмѣнить ст. 539 Усто гор. и сел. хоз. (т. XII ч. 2, изд. 1857 г-), на основаніи которой звѣриные и птичьи промыслы освобожда-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4