b000001761

'^frJiL • .^Uv:^ Ш 65 тнхоньку, безъ всякпхъ вспьішекъ, увлеченіп, какъ достоиная награда благовоспитанному обществу и школьникамъ, благодарно принимающимъ расточае- мыя о нихъ попеченія. Но, не смотря на этотъ консерватизмъ, въ этпхъ людяхъ, какъ профессорахъ, было не мало и хоро- шаго. И вотъ это-то хорошее маѣ и хотѣлось бы припомнить. Александръ Васильевичъ Никптенко, котораго лю- бопытнѣпшія заиисви и дневникъ (Русская Старина, 1889 — 1892 гг.) составляютъ драгоцѣнный мате- ріалъ для знакомства съ нашеп псторіей просвѣще- нія за послѣдніе тридцать — сорокъ лѣтъ, былъ, какъ іірсфессоръ, личностыо, ^ъ высшей степенй, свое- образиою. Это былъ человѣкъ невысокаго роста, ко- ренастый и плотный, съ умнымъ, привѣтливыліъ, ліщомъ, живымп глазаып, хптро смотрѣвшими изъ- подъ густыхъ, навпсшпхъ, съ просѣдыо, бровеп, съ іючти совсѣмъ сѣдыми, жесткимп, волосами, слегка подстрііженньши, не поддающішися щеткѣ и стояв- шпыи всегда неболынимъ хохломъ, прпдававшимъ лицу важность. — Нѣсколько развалпстая ноходка и неторопливыя, плавныя двпженія напомпнали лѣнп- ваго малоросса. который однако легко воодушевлялся, и тогда весь, какъ юноша, отдавался этоыу вооду- шевденію; его нѣсколько вкрадчивый, мягкій и гпб- кій голосъ, баритоннаго, пріятнаго, характера, не- вольпо привлекалъ слушателя и располагалъ къ го- ворпвшему. Его манеры и обраіценіе, умѣренные, красивые жесты, къ которымъ онъ любплъ прибѣ- гать въ разговорѣ и па лекціяхъ, обяаруживалпвъ НЗЪ ИОТОРІИ ЫОЕГО УЧПТЕ ЬСТВА. 5