b000001761

з^-тѵ ШП - ^- ІІ! і !|, 26 нію Управленія воеено-учебныхъ заведеній для кор- п^совг, была единственяой нашей живой настольной книгой въ кдассахъ словесности, а пзданныя отдѣль- но къ ней ііримѣчанія (III часть) единственнымъ ис- точникомъ, изъ котораго почерпали мы, въ смыслѣ книги, здравыя понятія по теоріи словесности. Ни- какихъ подробныхъ разборовъ произведеній въ ро- дѣ тѣхъ, какія находимъ въ извѣстныхъ книгахъ Стоюнина и Водовозова, не было еще и въ поминѣ: все это, пособія, сборники авторовъ и отдѣльныя из- данія ихъ сочиненій, явились потомъ; въ тожевре- мя, о которомъ говорю я, положеніе преподавателя словесности, безъ пособій, библіотеки, при схоласти- ческой нрограммѣ, тщательно очищенной отъ вся- кихъ «вольномысдій», входящихъ въ юношескія го- ловы черезъ литературу, было крайне тяжелое. Но и въ это дореформенное время между словесниками находидись добрые и образованные люди, которые, пользуясь находящимся въ ихъ рукахъ скуднымъ ма- теріаломъ, ухитрялись развивать вкусъ моюдежи, обращать ея интересы къ писателго, къ хорошей кни- гѣ, даже давать кое-какія положительныя эсте- тическія и историко-литературныя знанія. Въ числѣ такихъ людей Стоюнинъ безспорно занималъ одно изъ самыхъ видныхъ мѣстъ во всей Россіи. Но постараюсь въ общихъ чертахъ пршюмнить, какъ велъ насъ покойный. Уже въ четвертомъ клас- сѣ, куда переходили мы совсѣмъ грамотными и умѣя письменно пересказывать прочитанное, повѣяло на насъ совсѣмъ новымъ духомъ. He могу припомнить, что за курсъ полагался въ этомъ классѣ, — помню ^v^eiieiW*-