b000001761

V'jB' ~ *-4іІ' 1. 268 мого, и въ блестящую будущеость всеобщаго про- свѣщенія только что освобожденнаго Монаршей во- лей народа, вступалъ на поприще учителя. Хочу сказать только нѣсколько словъ о педагогическомъ настроеніи общества, направленіи, духѣ воспитаиія, объ общей педагогической атмосферѣ, которая трид- цать лѣтъ назадъ захватывала собою шолодежь, вы- ступавшую съ университетской скамьи на педагоги- ческое поприще. Оговариваюсь заранѣе, что буду говорить только въ самыхъ общихъ чертахъ, на основаніи своего личнаго опыта и памяти, и почти исключительно о Петербургѣ, гдѣ и прошли для ме- меня всѣ эти тридцать лѣтъ. Въ яркой, никогда не забываемой, величественной, полной глубочайшаго смысла, картинѣ встаетъ въ моемъ воображеніи знаменательный историческій мо- ментъ начала шестпдесятыхъ годовъ. Это былъ, такъ сказать, кульминаціонный пунктъ наиболыпаго подъ- ема нашего общественнаго духа, окрыденнаго са- мыми радужными, патріотическими, надеждами. Толь- ко что совершившійся фактъ освобожденія кресть- янъ и связанныя съ освобожденіемъ ожпдаемыя ре~ формы (законы о печатп, открытый судъ, земство), — все это потребовало немедленно и неотступно огром- наго количества людей грамотныхъ, воспитанныхъ, образованныхъ, которые могли бы безкорыстно и честно слун^ить обновленной странѣ на всѣхъ раз- нообразнѣйшихъ поприщахъ дѣятельеости п обще- ственной, и государственной, и земской... Въ комъ же было и впдѣть, въ ближайшемъ будущемъ, этихъ дѣятелей, какъ не въ подростающемъ поколѣніи всѣхъ