b000001761

160 успѣха съ конспектомъ, выпить на радости за бу- дущую статью. Но пить ни за успѣхъ въ редакціп, ни за нее, не пришлось. Собраніе, противъ моего ожиданія, вмѣсто интимнаго, редакціоннаго, вышло очень многочислениое. Въ числѣ присутствующихъ я увидѣдъ дицъ, съ которыми я совсѣиъ расходился въ моихъ литературныхъ взглядахъ, и крайне мнѣ несимпатичныхъ, да и въ журналѣ то бывшихъ, какъ мнѣ казалось, только случайными сотрудниками. Всѣ были уже въ сборѣ, торжественно усѣвшись за длиннымъ столомъ, и ждали только меня,чтобы на- чать собраніе. Было-ли это такъ на саыомъ дѣлѣ, или только мнѣ показадось, но въ самомъ обраще- ніи* со мной редактора замѣтилъ я на этотъ разъ но отношенію къ себѣ что-то особенное. какую-то иеловкость, натянутость. Оловомъ, — во всемъ чув- ствовалось что-то такое, что еще до чтенія тезисовъ. приведо меня въ нѣкоторое сиущеніе... Я сталъ чи- тать и развивать свои тезисы недостаточно спокой- но, волнуясь и горячась при возраженіяхъ. А воз- раженія сыпались съ разныхъ сторонъ, нося харак- теръ иредубѣжденности противъ статьи, или противъ меня дично со стороны моихъ литературныхъ убѣж- деній вообще, и, наконецъ, принади прямо боевой характеръ: вопросъ о ДобролюЗовѣ быдъ тогда одинъ изъ самыхъ жгучихъ. Редакторъ почти ничего не говорилъ, держась больше нейтрально и предоста- вивъ сражаться съ противниками мнѣ. Эдельсонъ уиорно молчалъ. Скоро я увидѣлъ ясно, что расхо- жусь съ редакціей не тодько въ тѣхъ или другихъ подробностяхъ статьи, но и въ самомъ ея основаніи,