Гал—Ган (что еще не особенно удивительно), но и всеобщаго уваженія и симпатіи въ иубликѣ. Прославился впервые на губернаторскомъ поприщѣ, какъ начальникъ дѣятельный и просвѣщенный, справедливый и милостивый, за что, при разлукѣ, и удостоился отъ признательныхъ россіянъ подвѣдомственнаго района необыкновенно радушныхъ и торжественныхъ проводовъ. Нынѣ стоитъ на челѣ тюремнаго вѣдомства въ имперіи и признается однимъ изъ солиднѣйшихъ и компетентнѣйшихъ тюрьмовѣдовъ. При вступленіи на этотъ постъ, возбудилъ толки въ печати и обществѣ о «кореиныхъ» реФормахъ по тюремной части и, какъ было слышно, выработалъ на этотъ предметъ рядъ проектовъ, въ которые, однакожь, не входитъ упраздненіе тюремъ, что было-бы, конечно, самой лучшей въ данномъ случаѣ реФормой, если-бы только въ тюрьмахъ упразднилась и надобность. Галлеръ, К. П. —музыкальный критикъ, большой меломанъ и немножко композиторъ. Мягкій, рыхлый и добродушнѣйшій человѣкъ, внѣ музыки— невиненъ, какъ агнедъ; за то жестокъ и неумолимъ тамъ, гдѣ дѣло коснется нарушенія священныхъ правъ « контрапункта» и «генералъ-баса», въ честь которыхъ онъ и переломилъ множество копій въ полемическомъ бою со своими музыкальными супостатами. Ганецкій, генералъ - отъ - инФантеріи,—маститый воинъ, сподвижникъ на полѣ чести почти всѣхъ знаменитыхъ русскихъ полководцевъ послѣдняго полустолѣтія, завершплъ свою долголѣтнюю боевую службу геройскимъ подвигомъ, поставившимъ его самого въ рядъ славнѣйшихъ военионачальниковъ нашего времени. Участвуя въ достоиамятномъ «сидѣніи» подъ Пленной, въ качествѣ командира гренадерскаго корпуса, не далъ, со своими войсками, прорвать наше «желѣзное кольцо» героическому Осману-пашѣ, храбро выдержалъ его натискъ и заставилъ положить оружіе. Нынѣ, увѣнчанный лаврами, побѣдитель Османа-паши состоитъ комендантомъ славной Петропавловской крѣпости. Ганзенъ —магнетизеръ и очень находчивый нѣмецъ; освистанный въ своемъ ѴаіегІапсГѣ, какъ шарлатанъ, догадался эмигрировать пасЬ КпззІапй, гдѣ и обрѣлъ поклонниковъ, патентъ на знаменитость и немалую толику «презрѣннаго металла», въ видѣ пошлины съ нашего «просвѣщеннаго» суевѣрія и «интеллигентнаго» невѣжества. Въ свое время «гипнотическіе» сеансы Ганзена произвели въ Петербургѣ цѣлое событіе; чтобы взглянуть на чародѣя и какъ онъ, мановеніемъ перста, любаго «блондина» лишаетъ води, обращаетъ въ безчувственное состояніе, а потомъ еще пляшетъ у него на брюхѣ, —любознательная публика (точно ей все это въ диковину!) брала штурмомъ мѣста, доходила до «протоколовъ» въ участкѣ и чуть было не разнесла по кирпичикамъ Соляной городокъ. Даже жрецы нашей медицины встревожились и, подъ знаменемъ патентованной науки, яростно ополчились, съ проФессоромъ Тархановымъ на челѣ, противъ заѣзжаго жреца науки самозванной. Походъ этотъ былъ, однако, не особенно счастливый: пришлось признать, что «много есть на свѣтѣ такого, о, другъ Гораціо, о чемъ и не снилось нашимъ мудрецамъ»... Гантоверъ—не то собирательное, не то нарицательное имя цѣлаго созвѣздія адвокатовъ. На подобіе того, какъ на тверди небесной еуществуютъ созвѣздія «дракона», «гидры», «возничаго съ козою», и т. д., точно 50
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4