Веб—Вей- — Правда! правда!. — со вздохомъ поыыслитъ здѣсь и В. А. Полетика, бывшій издатель бывшей « Молвы >, если только эти строки удостоются попасть ему на глаза. Веберъ —имя, при произнесеніи котораго у многихъ лакомокъ текутъ слюнки, а въ пылкомъ воображеніи поднимаются цѣлыя горы необыкновенно вкусиыхъ булочекъ, кренделей, пирожковъ и тому подобныхъ худолгественныхъ произведеній хлѣбопекарской скульптуры. Хотя, по исчиеленіямъ наблюдателей, изъ десяти нѣмецкихъ булочниковъ — непремѣнно одпнъ Веберъ, но изъ многочисленныхъ иетербургскихъ Веберовъ, извѣстность которыхъ съѣдается вмѣстѣ съ ихъ произведеніями, считаемъ долгомъ сохранить для потомства имя лишь одного. Вейнбергъ, Павелъ,—гордость россійскаго скоморошества и скорбь своего роднаго брата, достоуважаемаго Петра Вейнберга. Безъ сомнѣнія, Па- :челъ Исаевичъ извѣстенъ всей городской Россіи, которую онъ задался мпссіей разсмѣшить своими иотѣшными разсказами о «еврейской націи». Даровитый каррикатуристъ-разсказчикъ, онъ «передразниваетъ» евреевъ (и не столько самихъ евреевъ, сколько ихъ акцентъ) тѣмъ удачнѣе, что самъ немножко сродни имъ. Для болѣе осязательнаго знакомства съ родомъ и качествомъ его да,рованія, передаемъ сущность одного изъ его новѣйшихъ разсказовъ. Еврей-ростовщикъ очень недоволенъ расширеніемъ предѣловъ Россійской имперіи, иосредствомъ непрерывиыхъ завоеваній, ибо каждое такое завоеваніе служитъ надежнымъ убѣжищеыъ для его должниковъ. — Придешь къ одному за деньгами: —„Дома?"—„Нѣту!"—„А гдѣ?" —„Поѣхалъ на Ташкентъ"... Ну, плюнешь на Ташкентъ... Придешь къ другому: —„Дома?"—„Нѣту!"—„А гдѣ?"—„Поѣхалъ на Сахалинъ"... Ну, плюнешь и на Сахалинъ... Затѣмъ, многіе офицеры-кредиторы уѣхали, во время русско-турецкой войны, на югъ. Нашъ еврей бросается вслѣдъ за ними и пріѣзжаетъ въ Одессу, гдѣ тоже успѣха особеннаго не имѣетъ, но за то пользуется случаемъ полюбоваться на поповку. — Какъ-же она вамъ показалась? — спрашиваютъ его. — „Пхе! иашкудство"! — отвѣчаетъ онъ. — „Почему-же пашкудство"? — „Ну, посудите сами, цто это за такой пероходъ, у котораго нѣтъ ни кормы, ни носа, и когда оно плаваетъ, то даже капитанъ его незнаетъ, куда оно плаваетъ — наиередъ-ли, или назадъ, а когда ему нужно повернуться, то для этого надо, чтобъ его увзялъ на буксиръ другой пероходъ и повернулъ куда ему слѣдуетъ... Развѣ не пашкудство?!^ спрашивалъ: для чего такого пашкудство построено? — Мнѣ говорятъ: отъ неиріятеля... — А позвольте узнать, сколькіГоно стоитъ?— Восемь милліоновъ. — Я даже испугался: —Восемь милліоновъ! —говорю. Да вы лучше давали-бы неиріятелю два милліоновъ, чтобы онъ не воевалъ, и тогда шесть милліоновъ остались-бы у васъ въ карманѣ"... Вейнбергъ, П. И. — журналиста, педагогъ и безсмѣнно стихотворецъ, по призванію, прославившійся своими превосходными переводами Гейне и другихъ, острыхъ умомъ, нѣмецкихъ поэтовъ. Переводчикъ раг ехсеііепсе, Петръ Исаевичъ однажды перевелъ съ нѣмецкаго на русскій даже «обственную свою Фамилію—изъ ТѴеіпЪег^'а въ Виногорова, и въ этомъ остроумномъ иереводѣ увѣковѣчилъ се37
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4