Ав—Ай истерическая, стихоточивая, слезоточивая, кровоточивая и огнедышащая, душу изъ зрителя выматывающая, по кожѣ морозомъ подирающая и дыбомъ волосы на головѣ поднимающая... Увидѣть—умереть! Авсѣенко —„коленкоровыхъ манишекъ безпощадный ювеналъ" и умиленный пѣвецъ манишекъ батистовыхъ съ брюссельскими кружевами. Воздѣлыватель бель-этажной эстетики на страницахъ „Русскаго Вѣстника"; нишетъ свои романы по тому-же плану, по какому суздальскіе Рафаэли мадюютъ страшный судъ; одесную праведники, типы положительные, —это Ьеаи шопйе, гдѣ ослѣпительно-благородные графы ы изящно-прекрасныя графини вперяютъ другъ въ друга „лучистые" взоры, вспыхиваютъ идеальной любовью и на протяженіи всего романа продѣлываютъ ея галантерейный пантомимъ, а въ антрактахъ читаютъ сочиненія гг. Авсѣенки и Б. Маркевича; ошую грѣшники, типы отрицательные, —презрѣнные разночинцы-демократы въ коленкоровыхъ манишкахъ и безъ оныхъ, либералы и нигилисты, которые, вмѣсто идеальной любви, исповѣдуютъ кровосмѣшеніе, ѣдятъ маленькихъ дѣтей и закусываютъ ихъ жженой паклей, въ помыслахъ имѣютъ одни злодѣянія, въ Бога не вѣрятъ и романовъ гг. Авсѣенки и Б. Маркевича не читаютъ. Недавно г. Авсѣенко вступилъ на арену газетной публицистики, въ руководящей роли редактора „С.-Петербургскихъ Вѣдомостей", и возвѣстилъ новую эру „перехода отъ Фразы къ дѣлу". До сихъ поръ, однако-же, никакого своею дѣла онъ не обнаружилъ, политично обративъ редижируеиую имъ газету въ Филліальное отдѣленіе „Моск. Вѣдомостей", чтб, кажется, и требовалось доказать. Ададуровъ —желѣзнодорожный ропіііех тахітиз, священнодѣйствующій на желѣзнодорожныхъ съѣздахъ и предсѣдательствующій въ такомъ множествѣ правленій, что едва, бѣдный, успѣваетъ росписываться въ полученіи окладовъ, общая цифра которыхъ у него равняется, какъ говорятъ, годовому доходу Бразильской имперіи. Миссія г. Ададурова —отстаивать желѣзныя дороги. И какже ему не постоять за эти воистину усовершенствованные пути... къ безстыдной наживѣ?! Вѣдь когда ихъ не было, представители безъискусственныхъ большихъ дорогъ и помыслить-бы не смѣли объ ададуровскихъ кушахъ! Айвазовскій, И. К. — маринистъвиртуозъ, могущій изображать кистью на полотнѣ не только Форму морскихъ водъ, но также ихъ шумъ и плескъ, ихъ запахъ и температуру и даже ихъ горько-соленый вкусъ. Ходитъ слухъ, что г. Айвазовскій еще въ молодости продалъ свою душу Нептуну за обладаніе его дочерью, коварной, измѣнчивой и шаловливой красавицей—морской волною, съ которой онъ и вступилъ въ законный художественный бракъ. Съ проницательностью влюбленнаго, онъ изучилъ всѣ ея тайны, привычки и капризы, и она, съ своей стороны, до сихъ поръ ему не измѣнила. Слава нашего мариниста велика и качественно, и количественно: съ одной стороны, онъ пишетъ воду такъ живо и вкусно, что при ея видѣ на его картинахъ зрителю непремѣнно захочется пить, а въ жаркую погоду и выкупаться; съ другой— плодовитость и быстропись его Феноменальны! На своемъ вѣку г. Айвазовскій, по вычисленію одного опытнаго интенданта, исписалъ своими «видами» столько полотна, что послѣдняго хватило-бы на снаряженіе бѣлья для 8
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4