601 зарожденіе культуры. 602 да, съ той единственнойдороги, которая могла рѣзкошу паденію, которое новпдижшу должно привести человѣчество къ богатству п къ пол- было бы окатить бочками холодной воды всѣхъ нотѣ жизненныхъ наслажденій. Безспліе зако- пѣвцовъ, мечтателей и спокойно-упорныхъ теоновъ объясняется особенно удовлетворительно ретнковъ,—тогда это паденіе приписывалосьпотѣмъ обстоятельствомъ, что большая часть за- стороннимъ и случайнымъирнчинамъ; пѣснонѣконодателей, толковавшихъ очень краснорѣчпво нія продолжались, тѣмъ болѣе, что паденіе даи убѣдительпо о необходимостиуважать чужое вало имъ новый эффектный мотивъ; историки право—сами, своими же законами, такъ же попрежнему что-то превозносили и что-то анакраснорѣчиво и убѣдительно освящали важнѣй- лпзировали; теоретики торлгествовалп, потону шія и вреднѣйшія уклоненія своихъ сограждапъ что всякая теорія одарена удивительной гибн современниковъ съ пути нроизводнтельнаго костью и растяжимостью; а въ это время труда, съ того единственнаго пути, который массы, о которыхъ пѣлнсь днѳирамбы, нисавсегда п вездѣ совпадаетъ съ требованіями лись изслѣдовапія и сочинялись побѣдоносиыя справедливости. Римское право, освящавшее теоріи, массы несли тяжелое вѣковое возмездіе рабство, превращавшее жену въ собственность за ошибки, привитая къ пхъ тихой и темной мужа и сына въ собственность отца, ирово- жизни постороннимидвигателямисобытій. Масдившее строгое различіе между ришскимъ гра- сы доходили до дикаго состоянія, теряли всяжданнномъ и ировинціаломъ, между патрпціемъ кую власть надъ питающими ихъ силами прин нлебеемъ, между волышмъ и вольноотпущен- роды и, умирая отъ лшпеній, превращали цѣнымъ,—римское право, говорю я, конечно нико- лыя области въ дикія и печальный пустыни, му не могло внушить достаточнаго уваженія къ въ которыхъ все говорило о бывшей дѣятельтѣмъ предписаніямъ, которыми оно старалось ности человѣка, о его предсмертной борьбѣ обуздать хнщныя наклонности бѣдныхъ и буй- и о его страшной кончпнѣ. Такими иустыныхъ гражданъ. Другіе кодексы также не мог- нями покрыты всѣ тѣ мѣста, на которыхъ лп претендовать на особенную чистоту и вы- въ былое время кипѣла историческая жизнь держанность основного принципа. Люди обыкно- и на которыхъ жизнь эта замерла вслѣдвенно издавали кодексы отчасти для того, что- ствіе ненропзвольныхъ, но непсправнмыхъ ошибы дать опредѣленную н прочную форму своимъ бокъ, совершенныхъ цѣлыми народами и истолюбимымъ заблужденіямъ, отчасти для того, щившпхъ до нослѣдней капли пхъ живыя чтобы пугнуть себя и свопхъ современниковъ силы. строгими требованіями односторонняго идеала Ошибокъ этихъ, въ большей нлп меньшей казенной нравственности. Ни та, ни другая степени, не мннуетъ въ своемъ существованіи цѣль не достигалась. Любимыя заблужденія ни одинъ народъ. Народъ, какъ дерево, раотлшвалн свой вѣкъ и разрушались, несмотря стетъ и въ стволъ, и въ сукъ; онъ, какъ на опредѣленность и прочность приданной имъ крѣпкій организмъ, ыожетъ уклоняться отъ формы, а застегнутый на всѣ пуговицы идеалъ строго-гигіенпческаго образа жизни; онъ моникого пе занугивалъ свонмп требованіями и жетъ болѣть и выздоравливать; онъ много испырѣшительно никого не обращалъ на иуть истины , таній можетъ перенести, не надламываясь и Ошибались и падали отдѣльныя личности; без- не хирѣя; но чѣмъ сильнѣе сукъ перевѣвпнно, невольно п безсознательно вовлекались шиваетъ стволъ, чѣмъ значнтельнѣе дѣлаются въ ошибки и доводились до паденія цѣлые на- уклоненія отъ разумной гигіены, чѣмъ пророды. Отдѣльныя личности быстро раснлачива- должительнѣе и чаще болѣзненные припадки, лись за свои ошибки, н обыкновенно, согласно хѣмъ опаснѣе становится положеніе колоссальбуквѣ того или другого кодекса, оканчивали наго націента и тѣмъ ближе надвигается грозовое земное существованіе въ мученіяхъ, дѣлав- ная катастрофа. шихъ большую честь остроумію пзобрѣтате- Богатство и могущество народа, равносильлей и усердію исполнителей. Невольный ошибки ное благосостоянію всѣхъ составляющихъ его народовъ, напротивъ того, не замѣчалпсь и не единнцъ, заключается въ добыванін цѣлесчитались ошибками. На нпхъ не указывалъ сообразной переработкѣ разлпчныхъ сырыхъ никакой кодексъ. Имъ обыкновенно сочувство- продуктовъ, доставляемыхъ землею. Земледѣвалъ, ихъ часто вызывалъ самъ законодатель, ліе и мануфактурная промышленность, взаимОшибки пародовъ восиѣвались поэтами, превоз- но шодерасивающія другъ друга, составляють носились историками и ставились въ примѣръ естественный и необходимый занятія народа, потомству ненодкупленными моралистами. Эти стремящагося къ благоденствію. Все, что отошибки анализировались холодными мыслите- влекаетъ народъ отъ этихъ производительныхъ лямн п оказывались великими проявленіями занятій, все, что нарушаетъ необходимое равнароднаго генія. На этихъ ошибкахъ строились повѣсіе между земледѣліемъ п мануфактурами, и до сихъ поръ строятся цѣлыя полптпческія и составляетъ ошибку и ведетъ къ бѣдности. экономпческія теоріи. Когда рядъ великихъ про- Наука, расширяющая умъ человѣка, и искусявленій народнаго генія вдругъ прнводилъ къ ство, обновляющее его силы живымъ наела-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4