477 ОЧЕРКИ ПЗЪ ИСТОРІН ПЕЧАТИ ВО ФРАНЦІП. 478 предупредительной цензуры; предупредительная цензура спасаетъ издателя отъ разорптельныхъ пздержекъ, она запрещаетъ или разрѣшаетъ сочипеніе въ рукописи или въ корректурѣ. Спстема, принятая законодательствомъ 1849 года, напротпвъ того, допускаетъ печатапіе книги и потомъ предоставляетъ себѣ право остановить ея распространеніе. Издатель лишенъ такимъ образомъ всякой гарантіп п принужденъ принимать на себя роль цензора въ отношеніи къ писателю. Если бы издатель былъ даже человѣкоыъ глубоко предапнымъ какой-нибуз,ь идеѣ, если бы онъ за распространеніе этой идеи въ обществѣ готовъ былъ подвергнуться самой тяжелой отвѣтственности, то новая статья закона иомѣшала бы ему поступить такимъ образомъ; представляя экземиляръ вновь отпечатанной книги къ прокурору за двадцать четыре часа до публикаціи о ней, издатель можетъ быть увѣренъ, что все пздапіе книги будетъ немедленно захвачено, если въ книгѣ заключаются какія-нибудь идеп, не соотвѣтствующія вкусу правительства. Новое законодательство не ограничилось этими предостор ож но стяни. Оскорбленіе президента республики путемъ печати причислено къ преступленіямъ; при этомъ не оговорено, что именно можетъ считаться оскорбленіемъ, такъ что подъ категорію оскорбленіи оказалось возможпымъ подводить всякое критическое замѣчаніе, всякое норицаніе дѣиствш правительства. Чтобы сдѣлаться разносчикомъ книгъ, надо получить предварительное разрѣшеніе правительства; журналъ, навлекшій на себя неудовольствіѳ правительства и осужденный два раза въ теченіе одного года, молсетъ быть занрещенъ на время пли навсегда; членъ національнаго собранія не молсетъ быть отвѣтственнымъ редакторомъ журнала. Такимъ образомъ, иослѣ двухъ революцій, Франція опять очутилась почти въ томъ же положеніи, въ которомъ она находилась при Карлѣ X; формы были прпличнѣе, по фактическое положеніе писателей нисколько не улучшилось; тотъ же дамокловъ мечъ висѣлъ, если не надъ нхъ головами, то надъ пхъ карманами; залога, штемпельный сборъ, штрафы п тюремныя заключенія, задержаніе книги раньше ея поступленія въ продажу, запрещеиіе журнала, замѣчеинаго въ ненріятномъ образѣ мыслей —всѣ орудія гнета, всѣ способы стѣсненія снова были па лицо, снова въ полномъ собраніи находились въ рукахъ административной власти. Всѣ кпнгн, кромѣ молитвеппиковъ, азбукъ, грамматнкъ и календарей, были подчинены штемпельному сбору и, вслѣдствіе этого, должны были сильно возвыситься въ цѣнѣ, такъ что французскішъ кннгоиродавцамъ становилось невозможпымъ бороться съ заграничной контрафакціей. Новая статья закона потребовала, чтобы каждая статья, напечатанная въ журналѣ и касающаяся политики, философіи или религіи, была подписана собственнымъ именемъ автора; за ложную подпись взыскивается штрафъ и оиредѣляется шестимѣсячное тюремное заключеніе, какъ автору статьи, такъ и отвѣтственному редактору журнала. Это нововведеніе распространяло отвѣтственпость па автора и на редактора; таково было общее направленіе правительственныхъ расноряженій; правительство хотѣло, чтобы возможно большее число лпцъ подвергалось отвѣтствепности; оно расчитывало такъ: если не побоится авторъ, то побоится редакторъ; если не редакторъ, то издатель; если не издатель, то типографщикъ; не типографщикъ, такъ кнпгопродавецъ, —пусть всѣ боятся отвѣтствеппостп, и тогда ненавистная идея, родившаяся въ мозгу безиокойнаго писателя, поневолѣ должна будетъ заглохнуть въ неизвѣстности. Вплоть до ныпѣпшяго 1862 года, этотъ расчетъ оказывался вѣрпымъ, а что будетъ дальше —неизвѣстно. Еще повое распоряженіе правительства обязало отвѣтственнаго редактора вносить нололсенные штрафы въ теченіе трехъ дней послѣ объявленія судебиаго приговора; неисполненіе этого правила ведетъ за собою прекращеніе журнала. Президента велъ дѣло такъ круто, что лптераторамъ не разъ пришлось пожалѣть о королѣ Людовикѣ-Филипнѣ. Такъ прозябала французская пресса до конца 1851 года. 2-го декабря 1851 года президента республики распустилъ національное собраніе, распустнлъ государственный совѣтъ, объявилъ Парпжъ въ осадномъ ноложеніп и, обращаясь къ французскому народу, сироснлъ у него, согласенъ ли онъ поручить ему, Людовику-Наиолеону Бонапарту, составленіе новой конституціи? Отвѣтомъ па этотъ вопросъ долженъ былъ служить результата поголовной подачи голосовъ. Чтобы надлелеащнмъ образомъ направить эту свободную подачу голосовъ, ЛюдовикъНаполеопъ прпнялъ свои мѣры. Подозрнтельныя тнпографіп и лптографіп заняты военными отрядами; при министерствѣ внутреипихъ дѣлъ устроена потихоньку цензурная коыиссія; двѣнадцать журналовъ, въ томъ числѣ Каііопаі и 8іёс1е, запрещаются; редакторы этихъ журналовъ и ынолсество непріятныхъ для правительства писателей высылаются за предѣлы Франціи. Оппозиція лишается такимъ образомъ лучшихъ своихъ предводителей; поголовная подача голосовъ происходить въ такое время, когда некому руководить общественпыыъ мнѣніеыъ и обличать дѣйствія президента; очень понятно, что результата оказывается благопріятепъ для Людовика-Наполеона. Комедія сыграна —французскій народъ уполномочилъ его создать новую конституцію.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4