331 СОЧИНЕНІЯ Д. И. ПИСАРЕВА. 832 кая къ своимъ сопернпцамъ королева, совершенно неспособная работать, но зато чрезвычайно плодовитая и въ высшей степенирасположенная къ чувственнымъ наслажденіямъ. При своемъ трезвомъ міросозерцаніи, пчелы могли бы сдѣлать великія открытія въ областиестественныхъ наукъ, но къ сожалѣнію забота о насущномъ хлѣбѣ поглощаетъ всѣ живыя силы мыслящей части пчелинаго народа; у пчелъ нѣтъ ни сословія ученыхъ, ни академій, ни университетовъ; у нихъ нѣтъ даже самыхъ выводовъ изъ тѣхъ фактовъ, которые находятся постоянно передъ ихъ глазами; онѣ не умѣютъ нанрпмѣръ разсуждать такимъ образомъ: вѣдь рабочая личинка можетъ превратиться въ королеву, если я буду кормить ее хорошнмъ и сытымъ кормомъ; вѣдь королева—то же самое, что рабочая пчела, только она лучше откормлена п иолнѣе развита; отчего же не кормить всѣхъ одинаково, чтобы всѣ могли въ равной мѣрѣ пользоваться жизнью и производить дѣтей? До этого простого разсужденія пчела никакъ не умѣетъ дойти, вѣроятно потому, что спѣшная работа не даетъей времени пофилософствовать. «Ье ігатаіі езі; ш ігеіп», говорилъ Гизо въ 30-хъ годахъ нашего столѣтія, и вѣроятно его пзреченіе, которое онъ великодушно примѣнялъ къ французскимъремесленникамъ, можетъ быть приложено не только къ людямъ, но и къ насѣкомымъ. Задавленные работой, которая не даетъ нмъ ни отдыха, ни срока, съ самой минуты ихъ рожденія, нролетаріи пчелинаго королевства не составляютъ соціальныхъ теорій, не задумываются о смыслѣ жизни, и бытовыя формы улья остаются неизмѣнными, незыблемыми п неподвижными. Двнженія мысли нѣтъ; постояннагопрогрессанезамѣтно; ни одинъ обычай, ни одно учрежденіе не оказывается устарѣлымъ н не замѣняется новымъ. Но споконствіе въ ульѣ сохраняется только тогда, когда прппасовъдостаточно, когда кругомъ улья лежатъ цвѣтущіе луга, на которыхъ тысячи пчелъ могутъ находить себѣ ежедневно обильную добычу. Какъ только настуиаетъ дождливая осень, какъ только полевые цвѣты завянутъ и осыплются, такъ обитатели улья начинаютъ чувствовать безпокойство; являются экономическія недоразумѣнія; трутни сталкиваются въ своихъ интересахъ съ пролетариями, п это столкновеніе ведетъкъ страшнымъ кровавымъ результатамъ, ясно показывающпмъ несостоятельность той конституціи, которою управляются пчелы. УІ. Не мѣшаетъ замѣтить, что запасы меда, собранные въ ульѣ, принадлежатърабочпмъ пчеламъ, который горой стоятъ за свою собственность п не позволяютъ кому бы то ни было завладѣвать ихъ экономическими суммами. На это никто и не рѣшается, покуда окрестные луга покрыты цвѣтами; трутни отправляются завтракать и обѣдать за иредѣлы улья; но съ настуиленіемъ осени такого рода образъ жизни становится невозможнымъ; даже рабочія пчелы возвращаются часто въ улей съпустымъ желудкомъ и не приносятъ на ножкахъ ни меда, ни цвѣточной ныли; благородные трутни, тяжелые на нодъемъ и не любящіе дальныхъ отлучекъ изъ родного улья, не находятъ возможности кормиться и, покружившись надъ пожелтѣвшей травой, возвращаются домой голодные и недовольные. Тогда въ ульѣ начинаются волненія, смыслъ которыхъ можно, для большей наглядности, передать въ видѣ совѣщанія и разговоровъ между представителямиразличныхъ сословій, партій и мнѣній въ ульѣ. Трутни собираются въ кучки и съ ворчливымъ жужжаньемъ передаютъ другъ другу неутѣшительныя свѣдѣнія о безплодіи окружающихъ луговъ и еще болѣе неутѣшительныя мнѣнія о томъ, что при подобномъ положеніп дѣлъ надо ожидать голодной смерти. «Мы —привилегированное сословіе, восклидаетъ одинъ изъ трутней, гордо расправляя крылья. Мы пользуемся отмѣннымъ расиоложеніемъ нашей милостивойповелительницы. Работники должны заботиться о нашемъпронитаніп. Это ихъ прямая обязанность; во время лѣтнихъ дней они набралимного меда, и въ этомъ запасѣ мы должны имѣть свою долю. Мы имѣемъ прирожденное право пользоваться общественнымъ достояніемъ. Теперь къ величайшемусожалѣнію мы видимъ, что неразвитая толпа подвергаетъ сомнѣнію наши права. Рабочія пчелы полагаютъ, что запасъ принадлежитъ пмъ однѣмъ на томъ основаніи, что онѣ однѣ собиралимедъ и складывали его въ клѣточки. Тутъ онѣ явно выворачиваютъ на-изнанку самыя элементарный основанія логики п права. Эти запасы принадлежатъобществу, п наше пчелиноегосударство имѣетъ право распоряжаться ими по своему благоусмотрѣнію, для покрытія своихъ насущныхъ иотребностен. А развѣ иоддержаніе нашей жизни и нашего благоденствія не можетъ п не должно быть названо насущной потребностью государства? Развѣ можетъ существовать улей безъ трутней, безъ правительственнаго сословія? Запасы принадлежатъ намъ— иамъ прежде всего. Обезпечнвъ свое существованіе, мы охотно отдадимъ часть нашего излпшка голоднымъ бѣднякамъ-рабочимъ, но надо же намъ сначала утолить свой голодъ и упрочить за собой продовольствіе на будущее время. Пойдемте къ королевѣ; изложимъ ей наши желанія и представимъна ея разсмотрѣніе предъявляемыя нами права». Рѣчь предиріимчиваго оратора приходится по душѣ слушателямъ, она соотвѣтствуетъ нотребностямъ времени, она разрѣшаетъ удовлетвори-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4