381 ПРОГРЕССЪ ВЪ М1РѢ ЖИВОТНЫХЪ И РАСТЕНІЙ. 382 лей, т. е. если бы не было никакого индивидуальнаго разнообразія, тогда не могло бы быть и естественнаго выбора, потому что тогда не было бы никакихъ выгодныхъ особенностей, и, стало быть, нечего было бы сохранять. Естественный выборъ составляетъ такимъ образомъ прямое слѣдствіе тѣхъ видоизиѣненій, которыя проявляются въ каждой породѣ животныхъ и растеній. Когда видоизмѣненіе представилось, тогда естественный выборъ или сохраняетъ, или отбрасываетъ его, т. е., говоря другими словами, видоизмѣненный организмъ или переживаетъ своихъ сверстниковъ, или уиираетъ раньше нхъ. Но чтобы видоизмѣненный организмъ могъ сдѣлать то илидругое, ему очевидно сначала надо родиться видоизиѣненнымъ. Видоизмѣненіе должно уже существовать прежде, чѣмъ оно подвергнется дѣйствію естественнаго выбора. Какія же причины производятъ эти видоизмѣненія и по какимъ законамъ они совершаются? Дать на этотъ вопросъ полный и удовлетворительный отвѣтъ современная наука еще не въ состояніи; но кое-какіе факты уже собраны, и нѣкоторыя общія заключенія могутъ быть сдѣланы уже въ настоящее время. Климатическія условія, т. е. воздухъ, свѣтъ, теплота, влажность, производятъ въ организмахъ нѣкоторыя измѣненія и дѣйствуютъ обыкновенно на растительное царство сильнѣе, чѣмъ на животное. Замѣчено, что многія растенія, живущія на берегу моря, имѣютъ мясистые листья; насѣкомыя, водящіяся по берегамъ, отличаются металлическимъ блескомъ крыльевъ и тѣла; моллюски, живущіе въ тропическихъ моряхъ и на незначительвой глубинѣ, яркостью своихъ красокъ превосходятъ тѣхъ моллюсковъ, которые держатся въ глубокихъ и холодныхъ водахъ; птицы, обитающія внутри материковъ, носятъ болѣе пестрое и блестящее опереніе, чѣмъ тѣ птицы, которыя водятся на островахъ и на берегахъ. Всѣ эти особенности не только свойственны тѣмъ породамъ, которыя составляютъ коренное населеніе этихъ мѣстностей, но онѣ даже пріобрѣтаются многими пришлыми породами; такимъ образомъ, если наблюдатель постепенно переходитъ отъ болѣе холодныхъ морей къ болѣе теплымъ, или отъ болѣе глубокихъ водъ къ болѣе мелкимъ, то онъ замѣчаетъ, что одна и та же порода моллюсковъ постепенно окрашивается болѣе яркими оттѣнками. Точно такъ же птицы одной породы становятся болѣе или менѣе яркими, смотря по тому, гдѣ онѣ живутъ, въ сухой или асаркой странѣ материка, или подъ сѣрьшъ небомъ острововъ и приморскихъ земель. То же самое происходить со многими растеніями и насѣкомыми, т. е., приближаясь къ морю, первыя пріобрѣтаютъ мясистые листья, а вторыя —металлическій блеекъ, несмотря па то, что ихъ порода не отличалась этими особенностями, когда жида вдали отъ береговъ, Извѣстно, что у животныхъ одной породы мѣхъ бываетъ тѣмъ гуще, чѣмъ холоднѣе мѣсто ихъ жительства. Но здѣсь вмѣпшвается въ дѣло естественный выборъ, и поэтому результатъ не можетъ быть приписанъ исключительно прямому дѣйствію климата. Если, напримѣръ, пара медвѣдей, по какому-нибудь случаю, будетъ принуждена переселиться изъ умѣреннаго климата въ холодный, то мы никакъ не можемъ утверждать, что медвѣдица въ новомъ своемъ отечествѣ родитъ всѣхъ дѣтей съ болѣе густымъ мѣхомъ, чѣмъ если бы они родились на прежнемъ мѣстѣ жительства; но тѣ медвѣжата, у которыхъ мѣхъ будетъ погуще, получать преимущество надъ своишжидкошерстными братьями; первые, вѣроятно, переживутъ послѣднихъ, и такъ какъ естественный выборъ будетъ дѣйствовать такимъ же образомъ на всѣ слѣдующія поколѣнія, то потомство медвѣдей умѣреннаго пояса рано или поздно пріобрѣтетъ себѣ тотъ густой мѣхь, который необходимь для обитателей холодной страны. Если это пріобрѣтеніе дѣйствительно совершится, то мы никакъ не будемъ въ состояніи рѣшить, какую долю вліянія тутъ надо приписать прямому дѣйствію климата, и какую—естественному выбору, т. е., потому ли мѣхъ сдѣлался густымъ, что холодный воздухъ особеннымь образомъ дѣйствуетъ на кожу и поощряеть произрастаніе волосъ, или потому, что медвѣди постоянно рождались отъ густошерстныхъ родителей, которые, благодаря своему теплому мѣху, постоянно переяшвали своихъ сверстниковъ, плохо защищенныхъ отъ холода? То же безвыходное затрудненіе представляется каждый разъ, когда какое-нибудь видоизмѣненіе приносить животному или растенію малѣйшую долю пользы. Гдѣ польза, тамь непремѣнно дѣйствуеть естественный выборъ, и отдѣлить его вліяніе отъ прямого дѣйствія климатическихъ условій нѣтъ никакой возможности. Если какой-нибудь органъ животнаго часто упражняется, то онъ развивается и усиливается; если же онъ находится въ бездѣйствіи, то онъ слабѣетъ и атрофируется, т. е. увядаеть отъ недостатка питанія. Эти пріобрѣтенныя свойства органа, т. е. его сила или его слабость, передаются по наслѣдству, и если дѣти ведутъ жизнь, сходную съ жизнью родителей, то эта сила или эта слабость увеличиваются и вь такомъ увеличенномъ видѣ переходятъ къ слѣдующему поколѣнію. Говоря о домашнихь животныхъ, я указывалъ читателю на сильное развитіе вымени у дойныхъ коровъ и на слабость крыльёвъ у нашихъ утокъ. Подобные факты встрѣчаются и у дикихь животныхъ, съ той только неизбѣжной разницей, что какъ чрезмѣрное развитіе, такъ и атрофія органа непремѣнно должны быть въ какомъ-нибудь отношеніи полезны для самого животнаго, потому что если бы
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4