357 ПРОГРЕССЪ ВЪ МІРѢ ЖИВОТНЫХЪ И РАСТЕНІЁ. 358 чѣмъ утоварищей. Первому волку острое обоняніе будетъ въ жизни большой подмогой; оно дастъ ему возможность съ особеннымъ успѣхомъ охотиться за разнойдобычей и во-время убѣгать отъ всякихъ преслѣдователей. Второй волкъ, отличающійся слабыми мускулами, будетъ особенно часто подвергаться голоду и разнымъ опасностямъ: захочетъ онъ утащить къ себѣ въ лѣсъ овцу и не одолѣетъ этого дѣла—его застигнутьлюди намѣстѣ преступленія, и онъ или будетъ убитъ, или будетъ нринужденъ бросить свою добычу и бѣжать въ лѣсъ съ пустымъ желудкомъ. Наконецъ, третій волкъ будетъ жить счастливо пли несчастливо, смотря по обстоятельствамъ, но цвѣтъ его шерсти по всей вѣроятности не будетъ для него ни помѣхой, ни пособіемъ въ жизни. Первый волкъ вѣроятно проживетъ дольше своихъ сверстниковъ и слѣдовательно оставитъ послѣ себя болѣе многочисленное потомство. Второй волкъ вѣроятно догибнетъ раньше своихъ сверстниковъ и слѣдовательно илиумретъ безъпотомства, илиоставитъ послѣ себя немногихъ дѣтей. Нѣкоторыя изъ дѣтей перваго волка получать отъ отца его острое обоняніе; эти субъекты будутъ имѣть шансы пережить своихъ братьевъ и передать свою наслѣдственную особенность своимъ потомкамъ. Нѣкоторые изъ немногихъ дѣтей второго волка получатъ отъотцаего слабую мускулатуру, но каждыйихъ нихъбудетъимѣть очень мало шансовъ прожить долго и передать свой наслѣдственный порокъ будущимъ поколѣніямъ. Такимъ образомъ, острое обовяніе будетъ постоянно укореняться въ волчьей породѣ сильнѣе и сильнѣе, а ненормальная слабость мускуловъ будетъ постоянно выбрасываться вонъ. Что же касается до темныхъ или свѣтлыхъ оттѣнковъ шерсти, то они, какъ безразличныя качества будутъ постоянно подвергаться кодебаніямъ и измѣненіямъ. То, что мы видѣли на отдѣльномъ примѣрѣ, можетъ быть обобщено и распространено на весь органическій міръ. Всякая полезная особенность прививается къ породѣ и удерживается въ ней, переходя отъ одного поколѣнія къ другому. Всякая вредная особенностьуничтожается. Безразличныя особенности колеблются и мѣняются. Если мы вдумаемся только въ смыслъ словъ «полезный» и «вредный>, и если мыприпомнимъ, что, по закону наслѣдствеяности, качества родителей обыкновенно передаются или всѣмъ дѣтямъ, или, по крайней мѣрѣ, нѣкоторымъ изъ нихъ, то мы немедленно убѣдимся въ томъ, что наше обобщеніе не заключаетъ въ себѣ рѣшительпо ничего натянутаго или произвольнаго. Полезно то, чт5 даетъ организму возможность одолѣвать противпиковъ въ борьбѣ за жизнь; вредно то, чтй отнимаетъу него эту возможность; слѣдовательно, полезная особенность, по самой сущности своей, придаетъ отдѣльному организму прочность, а вредная, также по самой сущностисвоей,сообщаетъему хрупкость. Прочный организмъ живетъ долго и, стало быть, успѣваетъ породить много другихъ организмовъ, также прочныхъ; а хрупкій организмъломается скоро и, стало быть, не успѣваетъ населитьміръ новыми хрупкими организмами. Поэтому прочность организма и все, что содѣйствуетъ этой прочности, принимаетъхарактеръустойчивости и долговѣчности; а хрупкость и всѣ ея отдѣльные атрибуты, то-есть всѣ вредныя особенности, непремѣнно должны быть явленіями временными и мимолетными. Природа ежеминутно въ громадныхъ размѣрахъпроизводить надъ всѣми органическими существамиту онерацію выбора, которую опытные заводчики пропзводятъ надъ своими ручными животными. Но человѣкъ выбираетъ въ животпыхъ и въ растеніяхъ тѣ особенности, которыя нравятся или приносятъ пользу ему, человѣку, а природа, то-есть совокупность естественныхъзаконовъ, выбираетъ и упрочиваетътолько то; что полезно самомуживотному или растенію; заводчикъ обыкновенно обращаетъ вниманіе только на то, что бросается въ глаза, а для природыне существуетъникакогоразличія междувнѣшними и внутреннимиорганами; если проявилась у животнаго индивидуальная особенность въ печени или въ легкихъ, и если эта особенность полезна, то она будетъ сохраненаи упрочена, точнотакъ же, какъ могла бы сохраниться и упрочиться совершенно очевидная особенность, проявившаяся въ устройствѣ ногъ, роговъ иди ушей. Человѣкъ не позволяетъ быкамъили жеребцамъ драться между собою за обладаніе самками, а въ природѣ самцы дерутся, побѣда остается за самыми сильными, и слѣдовательно качества сильныхъ побѣдителей упрочиваются въ потомствѣ. Жизнь человѣка коротка и вкусы его измѣпчивы, а природа дѣйствуетъ наорганическій міръ въ продолженіе безконечнагоряда вѣковъ и постоянно дѣйствуетъ по одному нанравленію, то-есть уничтожаетъвсе, что слабо и хрупко, и поддерживаетъвсе, что крѣпко и прочно. Этотъ законъ, по которому уничтожаются вредныя особенности и сохраняются полезныя, называется у Дарвина закономъ естественнаго выбора. Вопросъ о томъ, что полезно, что вредно и что безразлично, рѣшается для каждаго отдѣльнаго случая прямымъ опытомъ жизни; тутъ не можетъбыть никакихъобщихъправилъ; все зависитъ отъ того, при какихъ условіяхъ живетъданныйорганизмъ, какую пищу ему приходится добывать и отъ какихъ враговъ онъ терпитъпреслѣдованія. Для волка цвѣтъ шерсти не составляеть никакой важности. Его преслѣдуютъ люди, которымъ обыкновенно помогають собаки; собаки отыскиваютъ водка чутьемъ, а не зрѣніемъ, стало быть, какъ бы цвѣть волка 11*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4