18 мнѣ на квартиру, такъ и посѣщаемыхъ на домахъ,—не велось и только по появленіи цынги велся счетъ цынготныхъбольныхъ и тифозныхъ. Свѣдѣнія о числѣ такихъ больныхъ черезъ каждыя двѣ недѣли я должна была доставлять своему врачу. Болѣзни наиболѣе раснростраиениыя были: боли желудка, запоры, поносы, болѣзни горла (простудныя), кашель,, нростудныя лихорадки, золотушныя страданія, туберкулезъ и ревматическія боли. Брюшной тифъ встречался сравнительно рѣдко, однако въ каждой деревнѣ встрѣчалось не менѣе двухъ, трехъ тифозныхъ. Впослѣдствіи появилась, какъ сказано выше, цынга, очень быстро развившаяся въ эпидемію. Оказывая съ своей стороны возможную помощь выдачею медикаментовъ, пищи и перевязками, во всѣхъ случаяхъ сложныхъ, серьезныхъ и трудныхъ болѣзней, я направляла больныхъ къ доктору, или сообщала ему о нихъ. Непривычные для меня, безпрерывные разъѣзды въ зимнюю стужу и непогодь, продолжительное физическое и нравственное напряженіе,—подорвали мои силы, я простудилась и больная слегла въ постель. Но слава Богу, благодаря помощи доктора и главнымъ образомъ заботамъ Сестры Вѣры Покровской, инфлюэнца была прервана и я, хоть черезъ силу, на пятый день встала съ постели и мало по малу снова взялась за свои обязанности. Въ послѣднихъ числахъ февраля ко мнѣ въ Бексентѣево прибыли уполномоченные Краснаго Креста г.г. Риммонъ и Дмитренко, а съ ними заступавшій мѣсто врача студента нослѣдняго курса г. Саханскій. Послѣдній, по распоряженію г.г. уполномоченныхъ, долженъ былъ замѣнить нашего мѣстнаго врача г. Селецкаго и жить въ деревнѣ Байсаревѣ, въ 25 верстахъотъБексентѣева. Г.г. Риммонъ и Дмитренко объявили мнѣ, что съ 1-го Марта столовыя должны быть открыты въ каждой деревнѣ, а потому районъ моего вѣдѣнія сокращается и вмѣсто всей волости въ моемъ завѣдываніи остаются только семь деревень. Но открытіи столовыхъ во всѣхъ деревняхъ пища должна выдаваться не только больнымъ, но и вообще всѣмъ голодающимъ. Поэтому по отъѣздѣ уполномоченныхъ я обратилась къ Земскому
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4