213. ЕРЕМУШКА И БАБУШКА. 317 леко не сохранили того браннаго характера и составляютъ въ народномъ разговорѣ не болѣе какъ приговорку, которая: «Какъ соль ко щамъ, какъ масло къ кашѣ Вкусъ нридаетъ рѣчамъ», какъ мѣтко выразился макароническій, но чрезвычайно талантливый и народнѣйшій нашъ писатель Барковъ, и нисколько не даетъ повода обвинять простой народъ нашъ въ нравственномъ развратѣ. Сравните лексиконъ ругательствъ другихъ народовъ и вы увидите насколько они злѣе, грубѣе и ехиднѣе нашихъ. Нашъ ругательный лексиконъ очень кратотъ, —на все и про все ночти одно и тоже крѣпкое слово; смотря потону, съ которымъ оно сказано, выражаетъ оно и горе, и радость, и брань, и божбу, и похвалу; безъ него не можетъ обучитьси ни рекрутъ своей службѣ, ни ремесленникъ своему мастерству; да и никто и не обижается имъ, если оно сказано «съ усмѣшкой, безъ сердцовъ». И не у одного нростаго народа быловъ употребленіи крѣпкое русское слово: еще очень недавно уаотреблялось оно лицами, очень и очень высоко поставленными, на ученьяхъ, смотрахъ, въ строяхъ и даже на парадахъ. ВъXVIII вѣкѣ приговорка noматери нріобрѣла гражданство даже въ тогдашней литературѣ и переводчикъ Мольеровой комедіи «Дорогія несмѣяныя» (les precieuses ridicules) слово «parbleu» незадумался перевести no русски: «растакую твою мать» (Сухомлиновъ). Иностранные путешественники наговариваютъ на насъ въ этомъ отношеніи много напраслины. Ульфсльдъ замѣчаетъ, что Русскіе: «A juramentis . . . absunt . . . sed per matrem, canem, caniculae filium, spuriumque jurant et maledicunt, dicentes: Pudi matter, Sabach, Suginsin, Pledinsin» (Ulfeld, Hodoeporicon Rvtlienicvm. Francofurti, 1608. Pag. 21).Олеарійразсказываетъ, какъ одинъ придвориыи заснорилъ съ провошавшимъ сго приставомъ, о томъ, кому сидѣть на старшемъ мѣстѣ, и при этомъ оба подчивали другъ друга крупными словами: «Bledisin, Sukkinsin, butz fuimatir, Huren Sohn, Hund, vnd andere sclunehliche Worte» (Vermehrte Moskowitische vnd Persianische Reisebeschreibung. ■b. . >
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4