b000001510

РАЗСКАЗЫ В. А. С4МС0Н0ВІ. 317 Старикъ много разеказывалъ о нѣкоторыхъ извѣстныхъ персо- нажахъ царств ованія императрицы Екатерины П-й <Многіе изъ нихъ>5 говорилъ онъ, «точно были геніадьные люди; но другіе пользовались репутаціею умныхъ и дѣловыхъ сановниковъ только потому, что Им- ператрица руководила ими, а въ сущности были очень ограниченныхъ способностей и ума; но за то эти господа мастера были окружать себя какою-то великолѣпною важностью и составлять себѣ кліентовъ, которые проповѣдывали о ихъ великихъ достоинствахъ. Они выдавали себя и за меценатовъ, имѣя подъ рукою нѣсколько голодныхъ поэтовъ для домашняго обихода и прославленія ихъ добродѣтелей, потому что меценатство было тогда въ модѣ. А знаешь ли, отчего оно попало тогда въ моду? Императрица, которая покровительствовала словесности, наукамъ и художествамъ, замѣтивъ въ одномъ вельможѣ закоренѣлое презрѣніе къ произведеніямъ ума и художествъ, изволила спросить оберъ-шталмейстера Нарышкина- «отчего такой то не дюбитъ живо- писи и ненавидитъ стихотворство до такой степени, что, по словамъ княгини Дашковой, онъ всѣхъ, ни къ чему годныхъ людей своихъ, называетъ живописцами и стихотворцами?> -«Оттого, матушка», отвѣ- чалъ Нарышкинъ, «что онъ голова глубокомысленная и мелочами не занимается). — «Правда твоя, Левъ Александрычъ > , вздохнувъ, сказала Императрица; «только и то правда, что головы, слывуш;ія за глубоко- мысленныхъ, часто бываютъ пустыя головы». Замѣчаніе Императрицы огласилось, и съ тЬхъ поръ придворные другъ предъ другомъ стали покровительствовать стихотворцамъ и живописцамъ, заводить домашше театры и составлять кэртинныя галереи. «Такъ иногда>, продолжалъ Самсоновъ, «премудрая Монархиня однимъ кстати сказаннымъ словомъ измѣняла нравы, вводила новые обычаи, и даже нечувствительно смягчала природныя свойства людей, ее окружавшихъ. Напримѣръ: узнавъ, что одинъ изъ ближайшихъ къ ней сановниковъ, обязанный, по занимаемому имъ посту, выслушивать просителей, обходился съ ними надменно, не принималъ труда обстоя- тельно объясняться съ ними и вообш,е былънедоступенъ, она, въ одномъ изъ своихъ вечернихъ собраній, завела рѣчь о томъ, какъ должна быть противна надменность въ вельможахъ, обязанныхъ быть посредниками между государями и народомъ. «Эта надменность происходить», замѣ- тила Императрица, <отъ ограниченности ихъ ума и способностей: они боятся всякаго столкновенія съ людьми, чтобъ тѣ не разгадали ихъ, и, для произведенія ѲФФекта, нуждаются въ оптическомъ обманѣ разстоя- нія и театральномъ костюмѣ>; и съ послѣднимъ словомъ обратившись къ гордецу, она вдругъ спросила его «а чт5, у тебя много бываетъ проситеііей?> — «Не мало. Государыня», отвѣчалъ сановникъ. — «Я увѣ-