— 38 проникала. Последнее на« очепь огорчало и поігуждало иаить желашюй пами правды в легальных изданвях. В 1900 году летом я ушел с работы на фабрике и поступил па пзвестный завод. «Сормово», в полускатігый цех, на «карусѳлышй» станок, обтачивать іюлеса и бандажи. На этой райотѳ было занято несколько токарей, но систеые один старшой и помощник при каждом станке, работая по-сменно. В одной с-мене со мною работал токарь Мнхаид Громов, у когорого я^впервые и добывал интересовавшую меня «занрещѳнную» литературу. В тѳ годы Сормовская соц.-демовратичѳская рабочая гррпа была сильнейшей в округе, являясь онорньга нунктом Нижегородсвого комитета Р. С.-Д. Р. П. Михаил Громов был одним из активпых социалдемократов нѳ только нашего цѳха, но и всего завода. Через него я нознакомился с цаіым рядом других товарищей. В нашѳм цехе вмѳотѳ со своими сверстншшшподручными токарей, мы нѳсли сторожѳвую службу, когда около «каруселя» Громова или у инструменталъногоянщка сходилжсь рабочнѳ. В целях той жѳ сторожевой деятельности, нас нредунреждали о всех, кого нодозрѳвали в шннонстве п полщѳйской службе. Кромѳ чтения книг, дистовок, никакой другой работы по ноднятию уровня нашего сознания нѳ велн. Старикп счнтали, что для нас тогда л этого было достаточно. В концѳ 1900 года или в началѳ 1901 мой брат, работавший у Семяшшкова в Питѳре, нерѳманил меня также в Петербург. В Питере законы соблюдались строжеу- и поэтому меня на cTaiioK не нриняли, так как мпе было слишком мада лет. Чтобы увеличить возраст, я внес своею рукою ноправку в паснорт, сделав из 15 дѳт 17, но и этого оказалось мало. Пришлось ностунить нодручным слесаря. ^JB маѳ 1901 года в Пѳтѳрбурге, как раз в том районе, гдѳ я жил и работал. проиЗошли крупные нолитические события. На Обуховском заводѳ возникла стачка. которая быстро перебросилась и на другиѳ нрѳднриятия. Забастовал и наш Семянниковский завод. В дедо были нуіцеиы нолицеискиѳ си,ііы и вошюкие части. Рабочих пытались расколоть и нод покровитѳльством нолиции заставить работатъ. На молодежь моего возраста вынала болъшая райота: нужно было выгонять отстававших и жѳлавншх нродолжать работатъ. Набрав камнѳй, мы, нодростки, нробирались е мастерским, осынали камішми работавших, били окна, нроизводили шум и этим срывали и свимали отсталых. Этим делюм мы занимались но всѳму Иевскому району, и кое-где нам приходилось иснытывать на своих спинах полинейскиѳ нагайки. Движениѳ носило довольно бурный характѳр, оообенно носле расстрела обуховеких рабочих, и солдаты частенько брали ружья «на пѳревес» и направлялись для разгона рабочих от ворот заводов. Еогда закончилась стачка, многиѳ были арестованы, а частыо не были нриняты обратно. В чіюде нослѳдних был и я. Постунилработать на Обуховский, но, как забастовщика, меня там дѳржать не ножелали и рассчиталичѳрез две недели. Пришлось работать по мелкии мастерским и накопец нокшіуть Питср. Верпулся я обратно в Оормово, по там также не іюжѳлали иметь дѳло с пите{юким забастовщиком, хотя мне и было в ту нору всего лишь семпадцать лет. В рождѳственские праздники 1901 года я нокипул Сормово. Товарищ Громов и другие снабдили меня нелѳгальпой литературой, и я паправился" на "[шд-ніту, в Муром'. Срѳдж литературы номню газету «Искра», роман «Андрѳй Еожухов», газѳту Ннаіѳгородского комитета и много различных изданий и листков. В Муроме мпо ужо в япваре 1902 года удадось ностунить на заводик «Торского т-ва», в качестве занаспого токаря, нри условии временно pa6f)TaTb на тиоііах. Товарищи но работе в нгутку назьшали меня нѳ занаісным, а «викарным токарѳм». На этом заводе я встретил цѳлый ряд хороших, развитых товарищей: слесарей Вадова, Алеюсапдра Обмайкина, В. Н. Чулоншикова и ряд других моих школьных товартцей."Ѳбма№Шигпѳжплой рабочий, был уже знаком с «политикой», как мы говорили тогда, с 1896 года, нривлекался в Нижнем по дѳлу о с.-д. тайпбм
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4