b000001470

наденет больничный халат, так уж дело кон- чено — умрет неизбежно. Вследствие этого все больные, без исключения, оставались в своих костюмах. Кроме того, в больнице всегда почти находилось едва ли не вдвое болыие посетителей и посетительниц, чем больных. Если фабричный, кончивши свою работу, не попадал почему-нибудь в трактир или в лавочку, то уж непременно отправлялся провести время в больнице — в карточки там, в шашки поиграть, или распить принесенную за пазухой косушку с страждущим приятелем. От этого больничные палаты, особенно для непривычного глаза, удивительно смахивали на вагон третьего разряда, битком набитый православными, отправляющимися в осеннее время из Тверской губернии в Москву на заработки: глаза ваши ничего тут не разли- чали, выключая онуч, старых сапог, лаптей, армяков, всклокоченных голов и овчинных полушубков. Случалось, что возле койки другого больного торчали и соответственные его званию инструменты — пилы, лопаты, то- норы и тому подобные принадлежности — аккуратно точно так, как это бывает часто в вагонах третьего разряда. Атмосфера и про- чее, разумеется, как нельзя более соответ- ствовали этой обстановке. Должность обер-кондуктора в этом вагоне исправлял фабричный фельдшер Николай Ва- сильич Запивалов, который по своим свой- ствам постоянно напоминал мне знаменитого понтийского царя Митридата, потому что без всякого вреда мог пожирать всевозможные ядовитые лекарства, в которых заключалось хоть малейшее присутствие чего-нибудь 43