сиях обычного типа. Напротив того, они смотрели теперь на весь процесс производства с точки зрения интересов рабочего. Это отразилось и на общем характере описаний Сормова в дневниках учащихся, где условиям труда рабочих и характеристике отдельных рабочих уделяется очень много места. Собранный во время зкскурсии на Сормовский завод материал был на следующий день обработан и сообщен на общем собрании, посвященном Сормову. На этом собрании наиболее оживленные споры поднялись вокруг 7-го вопроса („Человек и машина"). Прочитанный по этому вопросу доклад одного из учащихся привожу целиком: „...Гигантские маховики „Дизелей" вращаются с воем и треском, производя вокруг себя ветер... Динамо гудят, стучат огромные поршни, открываются и закрываются клапаны. Где-то под высоким потолком огромное сооружение катится на рельсах... Гул по всему зданию... Но все эти звуки, это колоссальное движение отнюдь не производит впечатления хаоса. Кажется. что эти чудовища и эти колоссы, направляемые невидимой могучей рукой, гармонично творят что-то огромное. И в гуле машин спышится будто глухой ропот против властной руки. Кто же этот властный, управляющий стихиями? Да вот он стоит около самого большого маховика, опираясь на решетку. Это молодой рабочий. Он чисто одет, голову покрывают русые курчавые волосы, глаза голубые, ясные, выражение лица умное и спокойное. Он уверенно посматривает на грохочущую махину и только изредка поправляет какой-нибудь винтик или кран. Спросишь у него что-нибудь —он неторопливо и обстоятельно об'ясняет, все с тем 106
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4