b000001434

ШмаеТе, ід.къ сказагь, навеселѣ, не тратя много денегъ; нритомъ съ по- стоянныхъ посѣтителей ничего не берется за табакъ. Это настоящее, лю- бимое мѣстопребываніе всѣхъ приказныхъ чиновниковъ; сверхъ того, въ Московскій трактиръ обыкновенно ходятъ обѣдать праздные, которые не такъ зажиточны; иностранцы, еще не пріискавшіе себѣ въ Москвѣ центра; стряпчіе, чпены земской полиціи, пріѣзжающіе изъ уѣздовъ по дѣпамъ службы, купцы и студенты. Здѣсь получаются всѣ русскіе журнапы и пред- лагаются для чтенія похожденія Чичикова. Вечера въ Московскомъ трак- тирѣ отличаются своей веселостью: маіпина или какіе-нибудь странствую- щіе музыканты играютъ безъ угомону, посѣтители ужинаютъ и балагу- рятъ до появленія Отелло! Но это не Отелпо Шекспира, а Московскій; такъ пазывается человѣкъ, обязанный въ попночь кпасть все подъ замки и ту- шить свѣчи въ трактирѣ. Въ Москвѣ есть классъ людей, которыхъ можно назвать: меломано-гастрономы; они привыкли кушать непремѣнно подъ музыку, и когда въ Московскомъ машина отъ своей дѣятепьной жизни занемогаетъ, поправляетъ разстроенное на службѣ здоровье у Бругера, то въ это время миогіе постоянные посѣтители, именно меломано-гастрономы, разсыпаются по другимъ трактирамъ. XIV. Женщины. Изъ рода женщинъ, нѣкоторыя занимаются портнымъ мастерствомъ, многія изъ нихъ носятъ названія швен, золотошвей, цвѣточницъ, корсет- ницъ, иныя занимаются пяпьцами, пріискиваніемъ себѣ мѣстъ экономки, компаніонки, а иныя, ничего не имѣя, ничего не дѣлаютъ, но всѣ онѣ живутъ и не умираютъ съ голоду въ столицѣ. Это дочери мельчайшихъ приказныхъ, вдовы, жеиы, отсутствующія отъ мз^жей, вольноотпущенныя, мѣщанки, солдатки, питомки и горничныя дѣвушки съ прокормежными видами. Всѣхъ ихъ можно раздѣлить на слѣдующіе роды: она живетъ сама по себѣ и она гоститъ, у нея есть салопъ и у нея нѣтъ салопа, у нея есть кухарка и у нея нѣтъ кухарки. Иногда моподая, неопытная дѣвуш- ка, брошенная судьбою въ огромный городъ, безъ родныхъ и друзей, безъ надзора и пристанища, терпитъ большую нужду и бываетъ оставпена совершенно на волю случая. Какая-нибз^дь дальняя тетка, у которой она живетъ изъ милости, нисколько не заботится о ней, а цвѣточница — слаба Зоке отъ природы, не долго защищается отъ порыва бурныхъ страстеи и крошечныхъ страстишекъ, нерѣдко бросаясь въ ихъ пучину, и ее такъ же легко, какъ маленькую щепку, уноситъ бурный дождевой потокъ. Часто, въ нѣсколько дней бѣдственная участь ея измѣняется и она достигаетъ возможности сшить себѣ салопъ. Вамъ покажется удивитепь- нымъ, что салопъ играетъ тутъ такую важную роль, но надобно на- блюдать, чтобы увѣриться, съ какимъ безотчетнымъ стремленіемъ хло- почетъ описываемая мною женщина, сшить бурнусъ къ Свѣтлому Празд- пику, или теплый салопъ къ Рождеству; тутъ ее понуждаетъ и необхо- 52