b000001434

шаговъ назадъ, какъ будто изъ спѣси, или изъ скромности, — смотря по наружности; между двумя довольно большими каменными домами скромно и уютно помѣстилея ветхій деревянный домишко и, прислонившись боко- выми стѣнами, стоймя къ стѣнамъ сосѣднихъ домовъ, — кажется, не нара- дуется тому, что они не даютъ ему упасть и, сверхъ того, защищаютъ его отъ холода и дождя; подпѣ великопѣпнаго моднаго магазина лѣпится себѣ крохотная табачная лавочка, или грязная харчевня, или таковая. же пивная». И чувствуется, что «въ странномъ гротескѣ этой упицы есть своя красота». Лучшія гостиницы для пріѣзжающихъ, магазины, кондитерскія лавки помѣщапись на Тверской. Упоминая о множествѣ красиво отстроенныхъ домовъ, сооруженныхъ на этой упицѣ, современникъ не могъ не упомянуть о домѣ Боеннаго Генералъ-Губернатора, который въ свое время составляпъ предметъ уди- впенія всѣхъ, не исключая и нріѣзжихъ, видавшихъ виды, иностранцевъ. На Кузнецкомъ мосту вновь водворились изгнанные во время отече- ственной войны иностранцы и во-всю стали торговать моднымъ товаромъ до драгоцѣнныхъ «косметиковъ» включительно. Удѣлѣвъ отъ ножара, Куз- нецкій мостъ не могъ предоставить мѣста дпя новыхъ ностроекъ, но все же на немъ вновь выстроека галперея князя Голицына, пріютившая подъ своими сводами рядъ павокъ и магазиновъ. На немъ «все то же, за искпюченіемъ деревянныхъ домишекъ»; дома каменные съ модными магазинами до того миніатюрны, что не свыкше- муся съ Москвой жителю другого крупнаго города, въ родѣ Петербурга, поневолѣ являяась мысль, «не попалъ пи онъ, — Новый Гулливеръ — въ царство Лшілипутовъ». Съ утра до поздней ночи Кузнецкій мостъ тѣхъ временъ былъ запру- женъ экипажами и пѣшеходами. Это все — «преимущественно одинъ очень чисто одѣтый народъ, потому что Московскій простолюдинъ, не имѣя на- добности ни въ чемъ, что продается на Кузнецкомъ мосту, проходитъ его развѣ по крайней необходимости». А продавалось тамъ очень многое — во всякомъ случаѣ не меиыпе, чѣмъ теперь. Лучшее украшеніе Москвы — кругъ опоясывающихъ ее бульваровъ вызывалъ удивленіе ея посѣтителей. Обозрѣватепь, «то спускаясь подъ гору, то подымаясь въ гору, видѣлъ со всѣхъ сторонъ амфитеатры крышъ, перемѣшанныхъ съ зеленью садовъ: будь при этомъ вмѣсто церквей ми- нареты, онъ счелъ бы себя перенесеннымъ въ какой-нибудь восточный городъ, о которомъ читалъ въ Шехеразадѣ. - И,— по завѣренію Бѣлинскаго,— это зрѣлище понравилось бы ему, и онъ, по крайней мѣрѣ, въ продолженіе весны и лѣта- охотно не сталъ бы искать стопицы и города тамъ, гдѣ, въ замѣнъ этого, есть такіе живо- писные ландшафты... Многія улицы въ Москвѣ состояли преимущественно изъ «господ- скихъ домовъ». Таковы были; Тверская, Арбатская, Поварская, Никит- ская, обѣ линіи по сторонамъ Тверского и Никитскаго бульваровъ. 12