b000001425

приведемъ одинъ, чрезвычайно убѣдителыіый примѣръ. Намъ з^далось нап- ти въ архивѣ одну роспись конца бо-хъ годовъ лавокъ въ Китай-і^ородѣ, примыкавшихъ къ шапочномз^ ряду. По ней зарегистровано всего і68ла- вочныхъ владѣній, при чемъ, въ противоположность другимъ росписямъ, наше описаніе содержитъ въ себѣ какъ перечень владѣльцевъ лавокъ, такъ и лицъ, которыя фактически въ нихъ ведутъ торговлю на правахъ арендаторовъ или въ качествѣ приказчиковъ. Изъ указаннаго числа ла- вокъ надо отбросить 36 пз^стыхъ владѣній. Затѣмъ изъ остальныхъ толь- ко въ 35 занимаются торговлеи сами владѣльцы лавокъ, въ остальныхъ сидятъ сидѣльцы, находящіеся къ владѣльцамъ лавокъ не въ одинаковыхъ отношеніяхъ. Въ однѣхъ лавкахъ сидятъ родственники владѣльцевъ, въ другихъ— люди ихъ, въ иныхъ — сидѣльцы, т. е. все это элементъ, торгую- щій не собственнымъ капиталомъ, а капиталомъ владѣльца лавки. Къ со- жалѣнію, нашъ источникъ не всегда отличаетъ сидѣльцевъ отъ арендато- ровъ, почему очень трудно опредѣпить число послѣднихъ: приведя назва- ніе владѣльца лавки, наша роспись обыкновенно прибавляетъ «а сидитъ въ ней» такой то, что можетъ означать и сидѣпьца-приказчика, и аренда- тора. Но, съ другой стороны, по отношенію къ крупнымъ торговымъ лю- дямъ можно безъ затрудненія вынести предпопоженіе, что въ ихъ лав- кахъ были уже не арендаторы, а зависимые люди, или компанейщики. Выше мы упоминали о широко раскинутыхъ торговыхъ предпріятіяхъ гостя Василія Шорина: въ его лавкахъ сидятъ, по выражепію нашей росписи, разные люди московскихъ слободъ и сотенъ, въ томъ числѣ и кадашевцы, отличавшіеся торговой дѣятельностью. Встрѣчаются и такіе случаи, уже несомнѣнно указывающіе на арендное отношеніе, когда въ арен- дуемой лавкѣ сидитъ сидѣлёцъ того или другого капиталиста: напр., «четь лавки кадашевца Ивана Терентьева, а сидитъ въ ней сидѣлецъ гостииой сотни Александра Федотова Яковъ Матвѣевъ». Какъ бы то ни было, но изъ всего сказаннаго о характерѣ торговли очевидно, что всякій сколько-нибудь зажиточный купецъ долженъ былъ имѣть извѣстное количество лицъ, которымъ онъ ввѣрялъ веденіе своихъ торговыхъ дѣлъ. У богатыхъ гостей количество такихъ лицъ безспорно было велико. Разумѣется, каждый хозяинъ старался укрѣпить за. собою такое лицо для того, чтобы менѣе подвергаться риску. Наши источники весьма бѣдны въ своихъ указаніяхъ на соотношенія межлу хозяевами и приказчиками. Насколько можно проникнуть въ эти соотношенія, они вы- ражались въ двоякой формѣ: или въ формѣ найма, обусловленнаго иногда долговыми обязательствами, или въ формѣ захребетничества, закладничества. Долговое право въ достаточной мѣрѣ обезпечивало хозяина. отъ воз- можныхъ убытковъ и ставило заемщика въ полную зависимость отъ хо- зяина. Заемныя записи, которыя заключались въ средѣ посадскихъ людей съ обязательствомъ отбывать занятыя деньги службой, по характеру своему отличаются отъ кабальныхъ записей и являются съ характеромъ договора найма, съ тѣмъ . однако, что наемникъ находится въ полномъ распоряженіи своего господина. Такъ, вдова одного тяглеца огородной сло- боды, занявъ въ уплату долговъ своего мужа и на свои расходы у тяг- 4-* 27