b000001420

ковь говимою, и сравниваіъ ее съ авокалипсическою женою, пре- слѣдуемою зміемъ. «Откуда взялъ ты такую дерзость, — спрашвваѳтъ онъ Алексѣя Ми- іайловича,— чтобы дѣлать сыски о насъ и оудить насъ? Какіе заковы Божіи повелѣли тебѣ обладать нами, божіими рабами? Не довольно ли тебѣ судить правильно людей царствія міра сего? Но ты и объ этомъ нѳ стараешься... Мало ли тебѣ нашего бѣгства? Мало ли тебѣ, что мы оставнли все па водю твоего благородія, отрясая прахъ ногъ своихъ ко свидѣтельству въ денъ судный! Рука твоя оОладаетъ всѣігь архіерейскимъ судомъ и достояніемъ. По твоему указу - етрашно молвить — владыкъ посвящаютъ, архимандритовъ, игуменовъ и поішвъ поставляютъ, а въ ставильныхъ граматахъ даютъ тебѣ равную честь со святымъ Духомъ, пишутъ: по благодати святаго Духа и по уквзу великаго государя. Какъ будто святой Духъ не воленъ посвятить и безъ твоего указа! Какъ много Богъ тебѣ терпитъ, котда написано: аще кто на святаго Духа ху- литъ, нѳ ишать оставлевія ни въ сей вѣкъ, ни въ будущій. Если тебя и это не устрашило, то что можетъ устрашить? Уже ты сталъ нѳдостой- нымъ прощенія за свмо дѳрзость. Повсюду твоимъ насиліемъ отнимаютея у митрополій, епискоиііі н монастырей движимыя и недвижиѵыя вещи. Ты обратилъ ни во что установленія и законы святыхъ отецъ. благочестивыхъ царей греческихъ, великихъ царей русскихъ и даже гра- маты и уставы твоего отца п твои собственные. Прежде, по крайней мѣрѣ, хотя и написано было по страсти, ради народнаго смущѳнія, но все таки сказано: въ монастырокожъ приказѣ сидѣть архимандритамъ, игумевамъ, священникамъ и честнымъ старцамъ, а ты все это упразд- нилъ: оудятъ церковный чинъ ілірскіѳ судьи. Ты обезчестилъ святаго Духа, признавши его силу и благодать недостаточною безъ твоего указа; обезчѳстилъ святыхъ апосюловъ, дерзая поступать нротивно ихъ прави- ламъ; лики святыхъ, вселенскіѳ соборы, святыхъ отецъ, благочестивыхъ царей, великихъ князей, укрѣпившихъ православпые законы. Ордынскіе цари возстанутъ противъ тебя въ дѳнь судный съ ихъ ярлнками; и они, нѳвѣрныѳ, не судили сами церковныхъ судовъ, ве вступались ни во что церковное, ве оскорбляли архіерѳѳвъ, не отнимади Боясія возложѳнія, a сами давали граматы, которыя виоду по митрополіямъ, монастырямъ и соборвьшъ церквамъ соблюдались до твоего царствовапія. Того ради, Божія благодать исполняла царскіе обиходы и міръ былъ весь строенъ, а въ твое царствіе всѣ граматы упразднены и отняты у церкви Божіей многія нѳдвижимыя вѳщи. За это Богъ оставилъ тебя и впрѳдь оставитъ, если не покаешься...>. Дадѣе озлобленный старикъ передаетъ, что ѳму было видѣніе во время дремоты въ церкви во врема заутрени: являлся ми- трополитъ Пѳтръ и велѣлъ пѳредать царто, что за обиды, нанесенныя церкви, былъ два раза моръ въ странѣ, а царское войско потерпѣло по- раженіѳ; затѣмъ представился въ видѣніи царскій дворецъ и какой-то старецъ сказалъ: «Бсы будутъ'въ этомъ дворѣ щѳнятъ своихъ родить и радость паотанетъ бѣсамъ отъ яогибели многихъ ліодеи>. Вполвѣ естествевно, что такое прямое нападеніе упорнаго тео- крата ва монарха, взявшагося серьезво взмѣнить ненормальное положеніе духовенства въ государствѣ ври помощп болѣе строй- ной системы законовъ, не могло расположить Алексѣя Михайло-