b000001420

МШШ: ЙШ і-іглв xirnxvnn. никомъ своимъ и содружебникомъ», и такъ далѣе; бесѣдуя откро- вённо съ отсутствующимъ, царь повѣрялъ ему свое тайное мнѣніе о томъ или другомъ бояринѣ или придворномъ. Конечно, околь- ными путями содержаніе переписки дѣлалось извѣстнымъ, ивотъ, противъ «интригана-монаха>> стали вооружаться всѣ эти Морозовы, Салтыковы, Стрѣшневы, ТрубецЕІе, Одоевскіе и другіе, не говоря уже о подчиненныхъ имъ лицахъ, которыыъ хуже всѣхъ прихо- дилось отъ зоркаго и прошщательнаго глаза «выскочки-чернеца». Сохранилось указаніе, что многіе изъ московскихъ бояръ выража- лись, будто они согласнѣе погибать въ новой землѣ за Сибирыо, чѣмъ быть съ новгородскимъ митрополитомъ; такихъ было, конеч- но, иіало. Въ самомъ Новгородѣ серьезный, энергичный ставлен- никъ самого царя изъ Москвы не могъ быть симпатичнымъ для бунтливыхъ новгородцевъ, которымъ всегда завшшость отъ Мос- квы казадась не особенно удобною; а- Биконъ не имѣлъ ничего общаго ни съ буйвыми обитателями «концовъ» городскихъ, ни съ прошлымъ города. Духовенство новгородской митрополіи было очень недовольно назначеніемъ Никона, такъ какъ ыногіе уже раныпе знали его строгость и взыскательность. Не смотря на набожность того вре- мени, набожность чисто внѣшнюю, казовую, богослуженіе совер- шалось крайне безобразно и нелѣпо: сократить чинъ литургіи считалось грѣхомъ, нропустить что нибудь — тоже, а выстаивать но нѣсколько часовъ не хотѣлось никому, поэтому для скорости одновременно читали и пѣли разное, такъ что нрисутствующіе рѣдко когда что цонимали. Въ Кожеозерскомъ и Новоспасскомъ монастыряхъ этого уже не было; прибывъ въ Новгородъ, Никонъ саиъ совершалъ богослуженіе съ болыною точностью, правильно- стыо и торжественностыо, и требовалъ того же и отъ подчинен- наго ему духовенства. Очень естественно, что такое расноряженіе митронолита не нравилось никому, нотому что черезъ это нрихо- дилось тратить больше времени, а русскіе, даже и въ то время, считали необходимостыо бывать въ церкви, но не любили оста- ваться тамъ долго. Никона возмущала эта коммерческая сдѣлка съ совѣстью, и онъ властно взялся за лѣпивыхъ и подчасъ едва грамотныхъ священниковъ, не обращая вниманія ни на родство, ни на связи, ни на лѣта. Заботясь о благолѣпіи храма, митропо- литъ велѣлъ обучить пѣвчихъ кіевскому нааѣву, который онъ слышалъ, вѣроятно, у боярина Ѳедора Михайловича Ртищева, a затѣмъ ввелъ въ богослуженіе пѣніе на греческомъ языкѣ, ноно- ламъ со славянскимъ. Зимою 1649 г. Никонъ но обыкновенію