b000001325

12 Мутные дни. пьяныхъ духомъ собраній гдѣ-нибудь на женевской «Каружкѣ» или парижской Avenue de Choisy, съ пятичасовыми преніями о несовмѣщеніи выѣденнаго яйца съ фракціонною этикою; и кончая дѣтскою святою вѣрою въ единство теоріи и практики, тро- гательно цѣльнымъ, уже страннымъ среди европей- скихъ приспособленій и компромиссовъ, соціали- стическимъ утопизмомъ. Нѣтъ болыией обиды рус- скому эмигранту-соціалисту, какъ причислить его къ соціалистамъ-утопистамъ. И въ то же время никто въ европеискомъ соціализмѣ не сохранилъ той отвлеченности, той идеалистической чистоты, какъ русскіе. Изъ голодныхъ устъ ихъ пышетъ пламя тѣхъ же идей, что 27 вѣковъ тому назадъ оживляли іудейскихъ эвіонитовъ и пророка Исаію. Старомодно и фанатически твердитъ неподкупный нищій извѣчно суровую формулу «dives aut iniquus, aut haeres iniqui», — и никакъ онъ, «мануалистъ» до корня волосъ, понять не можетъ: какая, соб- ственно говоря, остается разница между «бѣлымъ» рабочимъ на 15-франковомъ ежедневномъ зара боткѣ, при коттэджной системѣ безплатныхъ либо удешевленныхъ квартиръ, и — маленькимъ бур- жуа? Когда въ Парижѣ соціалистическій митингъ съ демонстраціей, кого перваго волокутъ «молодцы Лепина» pour passer au table? — Русскаго. Когда- маринуютъ въ тюрьмѣ удалого Густава Эрвэ — эту честнѣйшую и упрямѣйшую бретонскую голову, го- товую переть рѣшительно противъ всякаго рожна, который на пути встрѣлется, — кто первый сту- читъ въ двери, чтобы навѣстить великаго' хрониче- скаго узника и обмѣняется съ нимъ ласкою друже- скихъ надеждъ и привѣтовъ? =— Русскіе. Когда висить въ воздухѣ готовая умереть по отсутствію