b000001325

108 Мутные дни. те думское здоровье: Дума — сокровище самодо- влѣющее, хранитё Думу для Думы . . . «жизнь для жизни намъ дана»! Сіе было великодушно, но благоразуміе, кото- рое диктовало эти великодушія, многіе злые языки обзывали безхарактерною трусостью, и самое бла- горазуміе находили не весьма благоразумнымъ. Въ системѣ завѣдомо враждебныхъ отношеній результатъ оскорбленія измѣряется не столько тѣмъ пассивнымъ эффектомъ, которьшъ оно отзы- вается въ оскорбленной сторонѣ, сколько тою са- моувѣренностью въ возможности и правЪ оскорблять, которую безнаказанное оскорблеяіе рождаетъ и выращиваетъ въ сторонѣ оскорбля- ющей. Многострадальная первая Дума спохватилась бунтовать (Павловъ, Гурко и пр.) и бороться съ оскорбленіями, которыя сыпались на нее изъ ро- говъ правительственнаго изобилія, слишкомъ позд- по, — когда правительство было уже убѣждено пре- цендентами думской незлобивости, что русское на- родное представительство «амбиціи не имѣеть и имѣть ее почло бы за величайшее несчастіе». А не надо забывать, что, какъ всѣ бюрократическія пра- вительства въ мірѣ, русское правительство форми- руется изъ «юнкерства». И еще изъ какого юнкер- ства! Помѣсь прусскаго фельдфебеля съ киргизъ- кайсачкою! Въ зоологической этикѣ юнкерства, амбиція — символъ реальной силы и критерій дѣй- ствительной стошиости учрежденія, человѣка, су- щества, корпораціи, вообще всего, елицы суть на землѣ низу, и елицы въ водахъ подъ землею. Есть амбиція, — значитъ, могутъ быть показаны и зу- бы; нѣтъ амбиціи, значитъ, не такіе зубы, чтобы