b000001308

— 118 - со склоненпой и наклоненнои вправо головой, изпеможеыныы, усталый, исхудавший, сосредоточенныіі в себе. Сильиейшее впечатленпе пропзво- дит пебольшая деталь в работе: „Xpucmcc прикован к постамеьту-на правую погу повыше ступни падета массивная колодка. Этой деталыо художнику ваятелю удалось достигнуть большого усрления своего за- мысла, подчеркпуть его, обнажпть. На саыом деле — какая трагедия, за- мученный человек, нередыхающий ыеяоду двумя ыуками, между двумя бичеваниями, истекающпй горячей кровью, медлеоно и верно сочащейся пз-под каждого зубца тернового венца — сиднг npHKOBaenbiEj не ыожет двинуться, ожпдает пачала новых мук п истязанин. Чувство покорностп, терпения, готовности перепести безконечные' страдания, поэтическое про- щение „врашм своим" („не ведят бо, что творят") разлиты в этой прекрасной статуе с изумительной силой. Примитивно нросто, архаично, условно выражена трагическагі страница— легенда христианской исторпи. Пред нами статуя, произведение искусства, работа безыменного мастера, известный эпизод историп — но и только. Необходимо попять, почувство- вать жіивую душу мастера, для которого ,,Христос в темницг* был внденнем в'яве, дорогой и ужасающей былью, нотрясавшей и волновав- шей его до слез и непередаваемого сочувствия. Только при таком близ- ком, ни теплом, ни холодном, а раскаленном отношенпи к теме возможно было передать пдеально — мудрый, спокойный образ страдальца. Внут- репнее торжествовало над формальным, подавляло внешнее проявление души, сосредоточивало ваятеля на самом главном и важном — на общем обнаружении его замысла. Превосходный образец „Боіородицы* со сло- женными крест па крест рукамп на груди наоборот проникнут какой-то умиротворенной ясностью. Задумалась, загрезилась ^Боюродица'-'- , зак- рыла глаза, видит что-то прекрасное, лучезарное, не может удержать тонкой п приветлпвой усмешки на лпце. Олрвно худоя^ник хотел дать образ Богородицы перед Благовещением, рассказать о спокойных и зо- лотых днях, предшествующих трагической судьбе будущей матери „Бо- Іородііца л нредставлена почти девочкой, спокойной, красивой. Какое разлнчпе с „Боюродицей" в Велико-Устюжской грунпе „tie рыдай тене Мати* . В „Боюродице" Вологодского древнехранилшца и в „Боюродице" ризницы Успенского собора в Великом-Устюге перед нами два звепа трогательно-грустной повести о Богородпце. Следует от- метить, что русскому искусству, как и народу его создавшему, был ближе и роднее образ печалующейся Богородицы — матери, чем образ Богородицы радующейся, улыбающейся, образ ДеЬы-Марии. Видимо, тягчайшая историческая судьба самого народа русского накладывала известное однообразие на выбор его тем. Но. как у самых несчастных и обреченных людей, над которыми словно тяготеет какой- то рок вечных огорчений и ударов судьбы, бывают минуты отдыха, ие- редышки, успокоения, они даже смеются сквозь слезы, так и русское пскусство, правда редко, создавало порою жизнерадостные, спокойные образы. Редкое „ЯСНОе ЛОНО вод" в душе ваятеля, вылепившего „БоіО- родицУ' Вологодского древнехранилпща удержало его более пристальное внимание на формах. Статуя пе носпт на себе никаких признаков при- митивности — она сделана человеком, знающим строение человеческого