b000001308

— 107 — нелшо-желтые топа сменили безобразпую мазню. Как удивительно проз- рачны и как бы бездонны краски гор и палат, куполов и деревьев, красные приглушенные краскп одежд фигур, белые стены зданий... Напп- сана икона иезаурядным мастером XYI столетия — это так ясно по смелому и остро индивидуализированному письму Владимирской иконы. По рп- сунку и приземистости фигур, укороченности их, по суховатой компо- зиции, резкости ее — мастер принадлежал к московской школе иконописи, воспринявшей в себя новгородские стилистические особенности. Это очевидно выступает в наиболее удавшемся мастеру клейме „Покрова Боіородицы". Признаком московского иконописания приходптся приз- нать и некоторую глухоту красочного тона. Кое-что легло на икону от реставрации Чирикова, два раза олифившего икону и заполнявшего „выпадки н иконным груятом с подправкой колерами. Если Московские иконники XYI столетия уже растратили секрет ■управления красками, то современный иконнпк и реставратор еще дальше ушел в этом на- правлении. Все эти, однако, ограничивающие обстоятельства не столь важны и. не решающи для того удивительного впечатления, которое производит- великолепная икона Владимирской церкви особенно в сумер- ках, за вечерней, в конце лета, когда в высокой и светлой церкви горят слабые ламиадки, потрескивают свечи и красно- -голубая гамма пконы, как таинственеая драгоценность веков теплится в иконостасе, заполняет собою все "пространство церкви, сосредоточивает к себе все внимание и все зрение зрителя. На поэтической полянке, на усторонье города, в упоминавшейся уже раныпе превосходной по архитектуре церкви Царя Константина те же россыпи художественпой красоты, те же чудесные лики старых икоя и грубейшая, безвкусная мазня нашего,, 70 ; ^/7?^/7//(9/С века" . Через чудесный раскрашенный портал входишь в высокую холодную церковь Царя Константина. Перед глазами пятитябловый иконостас явно искажен- ный не раз переделками, так как слишком неприятно бросается в глаза его неуклюжая конструкция — он совершенно квадратный, какой-то ко- молый. 0 архитектурными формами сводов всегда как-то связывается представление о конусообразной в разрезе форме вконостаса. Асспмет- ричность тябл также не мало разрушает общее впечатление — некрасиво выдается третье тябло по величине почти превосходящее тябло местных икон. Искажение старины совершенно очевидное. И лишь драгоценные пятна икон иекупают грустное разочарование и обиду за падепие вкуса у нашего и ближайшего к нашему ноколенпй. Красные красюі „Николы" с деянием „Воскресения Христот\ ^Константина и Еленьг горят и радуют бесконечной силой. Да и все иконы, не взирая на про- гулявшиеся по ним руки недавних „поновителей" , так хороши, так композиционно слпты в ритмическом повороте всех изображений на нпх к средней части, к царским вратам, к вознесенному над ними Деисусу. Совершенно исключительна икона Цареконй-антиновской церкви „ЖивО- начальная Троица", написанная несомненно в начале XYI столетия превосходнейшим, хотя и неизвестным по имени мастером, но несомнен- но принадлежавшим к лучшей пконописной новгородской школе. По композицип — певучее тончайшее полукруяше из пяти фигур, черныйскало-