— 13 — Лукьяновны" no ея приказанію Бдаговѣщенскимъ (въ Новгородѣ) протопопомъ Максимомъ, гдѣ сказано: „въ томъ же придѣлѣ (т. е. у Софіи, въ придѣлѣ у Рождества Пречистой) на другой сторонѣ (лежитъ) Князь Ѳеодоръ Ярославичъ, родной братъ Великому Князю Александру Невскому, его жъ мощи нетлѣнны; а принесены мощи его изъ Юрьева монастыря при нѣмцахъ, повелѣніемъ митрополита Исидора по извѣщенію нѣмецкихъ воеводъ, что-де нѣмцы въ церкви великомученика Георгія въ монастырѣ, ищущи поклажею и обрѣли человѣка цѣла и не разрупіена въ княжескомъ одѣяніи и вынявъ изъ гробницы яко яіява. поставили у церковной стѣны, а тропаря и канона ему не уставлено" J )- Какъ лѣтописецъ, такъ и составитель „Описанія" почти современны открытію и перенесенію мощей Князя Ѳеодора изъ Юрьева монастыря въ Софійскій соб:>ръ г. Новгорода и потому не могутъ внущать къ себѣ какого либо недовѣрія. Такимъ образомъ, всѣ извѣстія о Княгинѣ и погребеніи Князя Ѳеодора Ярославича въ пользу Новгорода. И надпись надъ гробницей въ Георгіевской церкви, въ которой при этомъ сказано о положеніи въ ней не просто тѣла, а тоже мощей и не просто князя, а Великаго Князя Ѳеодора, каковымъ онъ никогда не былъ, теряетъ уже всякое правдоподобіе. Что касается Княгини Ѳеодосіи, то къ единственному извѣстію Никоновской лѣтописи о смерти и погребеніи ея именно въ Новгородѣ мы можемъ прибавить лишь указаніе на существующую въ Новгородскомъ Юрьевскомъ монастырѣ надгробную же надпись. Но судя по описаніямъ Новгородскихъ ') Чтен. Общ. Ист. и Др. Росс. 1862 г. Кн. IV, сообщ. Забѣлшіа.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4