b000001269

— 21 — •брелъ ко мнѣ побывать послѣ Христова Рождества: и Пащковъ велѣлъ кинуть въ студеную тюрьму, гдѣ я си- дѣлъ: ночевалъ милой и замерзъ было тутъ, а на утро опять велѣлъ къ матери протолкать; я его и не видалъ; — приволокся къ матери, руки и ноги отзнобилъ. На весну паки поѣхали впередъ. Запасу неболыпое жѣсто осталось, а первой разграбленъ весь: и книги, и •одежда и иная рухлядь отнята была, а иное осталось. На Байкаловѣ морѣ' паки тонулъ; по ПІилкѣ рѣкѣ, за- •ставилъ меня лямку тянуть: зѣло нуженъ ходъ ею былъ. И поѣсть было неколи нежели спать; лѣто цѣлое му- чился отъ водяныя тяготы; люди изгибали, и у меня ноги и животъ сини были. Два лѣта бродили въ водахъ, а зимами чрезъ волоки волочилися. На той же Шилкѣ въ третій тонулъ: барку отъ берегу оторвало водою; -людскія стоятъ, а мою ухватило да и понесло; жена и дѣти осталися на берегу, а меня самъ другъ съ корм- ііщкомъ помчало. Вода быстрая переворачиваетъ барку вверхъ боками и дномъ, a я на ней ползаю, а самъ кричу: „Владычице^ помози! Упованіе, не утопи!" Иное ноги въ водѣ, а иное выползу наверхъ; гнало съ версту и больше, да люди переняли; все размыло до крохи. Да что вѣдь дѣлать, коли Христосъ и Пречистая Богоро- дица изволили такъ? Я, вышедъ изъ воды, смѣюсь, a люди тѣ плачутъ, платье мое по кустамъ развѣшивая, шубы атласныя и тафтяныя и кое-какія бездѣлицы: тое много было еще въ чемоданахъ, да въ сумахъ, все съ тѣхъ мѣстъ перегнило. А Пашковъ опять меня же хо- четъ бить; „Ты-де надъ собою дѣлаешь за посмѣхъ". И -я паки свѣту Богородицѣ докучать: Владычице! уйми дурака того!" Такъ она надежда уняла: сталъ по мнѣ тужить. Потомъ доѣхали до Иргея озера: волокъ тутъ, ■стали зимою волочиться; моихъ работниковъ отнялъ, a инымъ у меня наняться не велитъ, а дѣти маленьки были; ѣдаковъ много, а работать некому; одинъ бѣдный горе- мыка протопопъ нарту сдѣлалъ и зиму волочился за во- локъ. Весною 'на плотахъ по Ингодѣ рѣкѣ поплыли на низъ, четвертое лѣто отъ Тобольска плаванію моему, Лѣсъ гнали хоромной и городовой, стало нечего ѣсть,